Ведьмак. Белый волк и чёрный камень

За спиной сглотнул, удерживая рвотные позывы Рог, а может быть, это случилось от отрезвляющего страха.

На такую стаю в несколько десятков, а то и сотню голов бесполезно было растрачивать магическую силу, в конце концов, Видан не чародей и не колдун – не обладает подобной мощью. Но кое-что существенное предпринял.

Ведьмак поднял руки к небу и вознёс агму о помощи:

– Рага Перун ому хайэ! Даро Семаргл ому хайэ! Ато буде так! – И с силой ударил ладонями вниз, будто окружала его твердь, а не воздух.

Вспыхнуло и закрутилось, расходясь от него широким кругом огненное колесо валькирий, оставляя за собой там, где настигло нежить, рушащиеся чадящие факелы. Холодеющий ночной воздух дополнился запахом палёной шерсти и гнили, становясь почти невыносимым.

– Ух, ты! – восхищённо ахнул Рог. Он несколько струхнул, когда пламя на мгновение охватило его и покатилось дальше.

– Не надейся, что на этом всё кончено, – выцедил ведьмак, гася его преждевременную радость.

 – Силы хватит ровно до первых лядин. А сколько ещё неведомый вражина нави собрал по наши души?..

Заплакал в чёрной дубраве филин, застрекотал, рассыпался утробным хохотом. Ухнул сипло, будто боевой рог, словно давал команду.

И уже ни такие яркие в свете, озарившей любопытным глазом просеку, уходящую к городку и всю большую кошеную поляну, горящие в разнобой зелёным и красным зенки разномастной нави, колыхались поредевшим строем.

– Как же это? – с дрожью в голосе пробормотал Рог.

 – А ещё раз вот так-то!

– Нельзя просить больше, чем можешь заплатить, – оглянулся на него Видан. – И так, слава Богам! – большую часть пожгли. Теперь дело за нами. Или мы мало стоим? – Усмехнулся, выхватывая меч правой рукой, а боевой нож – левой. Хорошо, хоть привык всегда их носить с собой. – Не боись и поменьше задумывайся над тем, кто перед тобой…

Примерился к противнику позади, оценивая количество. Есть ли надежда? И она утвердилась: невидимый военачальник навьего войска, видимо, вполне по праву считал именно его своим соперником, а стражника просто жертвой, почётным призом в случае победы.

Именно поэтому со стороны ведьмака было на порядок больше нежити, чем со стороны человека.

«Это хорошо, – успел ещё подумать ведьмак, – что мужик оказался с той стороны. Там гнилья много меньше. Может, ещё повезёт…»

Сам-то и не из такой задницы выбирался, но там только на себя и была надежда.