Подземный-Каменный

 – От нарисованной картины самому стало тошно, и он спросил о другом: – Эр, коли ты – человек небесный, почему о земле печалишься?

– Я на ней живу. И мать моя… тоже. И… сестры с братьями…

Эр-Ветер так запинался, так неуклюже врал, что Лиху было неловко слушать. Потоптавшись, он вздохнул, простил вранье и спросил дальше:

– А я что могу сделать? Если приду к Подземному-Каменному?

– Я уже говорил: понятия не имею. Дед велел привести к подземному владыке кого-нибудь из потомков. Дескать, это поможет.

– А дедушка твой не соврал? Ты сам сказал: он горазд шутковать.

Эр-Ветер потряс головой:

– Не в таком деле. Я к нему… я его звал в день, когда… – он смолк, мазнул пальцами по щеке, отирая неожиданную слезу. – Я тебе потом расскажу.

Лих прикинул: парень год разыскивает попутчика, чтобы явиться к подземному владыке. Выходит, уже год как случилось то, о чем он и сейчас плачет.

– Мать с сестрами живы? – Вопрос вырвался – будто скользкий, только что пойманный угорь из рук выпрыгнул.

– Нет, – прошептал Эр-Ветер.

 – Никого не осталось.

Сил не было на него смотреть. Лих смерть отца уже пережил, переболел. Ему легче было – он каменный. К тому же по весне он Марийку обрел; да и мать с сестрицами, с бабкой Заряной у Лиха остались. И пес Ясный. А у этого бедолаги – один конь.

Сев на корточки, Лих принялся шарить в траве. Надо перстень найти. Эр-Ветер сокровище не для того отдал, чтобы Лих его тут же посеял.

В его небыструю голову пришла следующая мысль, очень важная.

– Эр, но если мне с тобой идти, как же мои-то останутся? Мать с сестрицами пропадут.

Вон Огневичи – экую пакость вчера учудили; дальше-то хуже будет.

– А ты вчера чем помог? – отозвался Эр-Ветер. – Тем, что в ручье мало не умер?

– Если б я дома был, Огневичи бы не сунулись.

– Еще как сунулись бы поганцы. Ты просто не знаешь, как бывает… Что ты ищешь?

– Перстень обронил, вот и ищу.

– Растеряха. – Эр-Ветер присел на корточки и принялся быстро-быстро охлопывать траву ладонями.

Так у него ловко получалось – словно музыку выбивал; еще и цепь в лад позванивала. – Не пропадут твои, не бойся. Мать замуж выйдет, за отца своих дочек. При тебе постесняется, пока год не прошел со дня смерти. А без тебя выскочит.

Лих перестал искать перстень.

– Эр, будет врать. Я устал слушать.

Эр-Ветер уселся в траву, не беспокоясь за белый плащ и штаны.

– Я говорю правду. Вчера, как вы по кроватям расползлись, твоя матушка шасть за дверь – и к милому.