Подземный-Каменный

Жаловаться, совета просить, ласки искать. А едва развиднелось, вернулась и стала в цветнике прибираться, у отца твоего прощенья испрашивать.

– Что ты брешешь?! – вскипел Лих, и только близость стеклянного коня уберегла Эр-Ветра от новой затрещины.

– Я слышал, как она причитала над клумбами. А ты бы лучше порадовался, что у матери есть человек, который ее сердцем греет.

С этим Лих не стал спорить. Вновь взялся за поиски, нащупал в траве ободок. Выпростал из травинок. И охнул: чудесного камня в перстне не было.

Осталась одна оправа с коготками, которые раньше держали сокровище.

– Камень пропал!

Расстроившись, Лих стал искать заново, пополз на карачках. Да разве камешек сыщешь? Он маленький, плоский. Вывалился и улетел незнамо куда. Может, его уже конь сожрал: вон стоит, траву щиплет.

– Эр, прости. – Отчаявшись найти пропажу, Лих поднялся. – Говорил я: ни к чему мне твой перстень…

– Покажи руку, – попросил Эр-Ветер. – Ту, в которой держал.

Лих протянул ладонь – широкую, жесткую. На ней блестело пятно, точно мокрое.

Эр-Ветер вскочил с земли, как будто Лих его дорогим подарком обрадовал.

– Вот где камень, – сказал он, тыча пальцем Лиху в ладонь. – Тебе в руку вошел. Признал за своего.

Лих уставился недоверчиво. Конечно, с утра рука была как рука, безо всяких там пятен. Но чтобы камни такие коленца откалывали? Раз – и скок в человека? А впрочем, сказал же Эр-Ветер: это – слеза Подземного-Каменного. Может, и впрямь за родного признала?

– И что теперь будет?

– Теперь ты точно со мной пойдешь, – просиял улыбкой Эр-Ветер.

 – Мне перстень отец дал. Говорил: он подскажет, когда я найду того каменного, который сумеет помочь.

Лих сообразил: отец Эра – сын воздушного владыки и вполне может обладать всякими чудесными штуковинами. Кроме того, выходит, его отец жив, раз напутствовал в поисках.

– А это куда? – Лих предъявил осиротевший без камня перстень.

– Сестренкам подаришь, пусть кукол своих наряжают.

Лих сунул цацку в карман. Сестрицы в куклы уже не играют, а из-за безделушки, одной на двоих, лишь поссорятся.

Эр-Ветер, очень довольный, взял коня под уздцы.

– Идем к колдуну? Ты ведь к Марию шел?

Лиху не хотелось вести белоснежного красавчика Марийке на погляд, однако не гнать же прочь. Пускай идет. Марийка на него в один миг не перекинется, а если Эр себе чего позволит, Лих быстро объяснит, что к чему.

Эр-Ветер улыбнулся, словно прочел его мысли, и повел коняшку по тропе через рощу, коротким путем.