Братская любовь

Маша только сейчас поняла, насколько голодна – ведь в последний раз она ела в гостинице за завтраком. И теперь пряные ароматы, доносившиеся из многочисленных ресторанов, дразнили пустой желудок, вызывали голодные спазмы и неприличное урчание.

Рекомендованный ресторанчик оказался совсем несолидной забегаловкой с пластиковыми столами и стульями на улице. Да и сама улица, темноватая и грязноватая, располагалась за пределами туристических кварталов. Оставалось только надеяться, что аутентичная кухня стоила принесенного в жертву комфорта.

Посетителями заведения, как и сказал Алехандро, были исключительно местные жители. И даже еще конкретней – местные мужчины. Они отдыхали на свежем воздухе, ужинали, пили пиво и шумно обсуждали новости. Прибытие иностранцев, да еще с двумя девушками, вызвало среди кабальерос оживление. Особого внимания удостоилась куколка-Маша. Мексиканцы прожигали ее пылкими взглядами, отпускали комментарии – по всей видимости, малоприличные – и манили приглашающими жестами.

Такой сомнительный успех у местной публики откровенно испугал Машу. Лица завсегдатаев заведения были грубыми лицами крестьян, рыбаков, рабочих. Свои желания они выражали прямо и недвусмысленно. Нежная Маша смутилась и подумала, что соотечественник, пусть даже нахальный и глумливый, все-таки безопасней своры подогретых алкоголем мексиканцев. Она безотчетно – на всякий случай! – прильнула к Нику бедром. Тот понимающе усмехнулся и хозяйским жестом положил руку на тонкую девичью талию.

Он подтверждал право собственности на самку перед другими самцами. И смотрел Ник на кабальерос так, что безо всякого перевода было понятно: без боя он свое никому не отдаст. Мексиканцы одобрительно зашумели и поприветствовали Ника традиционным «Ола!».

Маша удивилась охватившему ее чувству защищенности. Местная публика больше не представляла угрозы. Простонародные лица выглядели теперь дружелюбными и даже вполне симпатичными.

И Маша, улыбнувшись, поздоровалась с мексиканцами как умела: «Добрый вечер!».

Компания разместилась за свободным столиком. Задерганная официантка грязным полотенцем смахнула с него уличную пыль и выложила четыре грязные папки с меню. Трио погрузилось в изучение. Но подвох состоял в том, что меню было только на испанском. Маша тоже заглянула в папку. Понятной для нее была одна колонка – цены.