Братская любовь

Зато пластиковой Любови явно не понравилось внезапное вторжение в компанию молоденькой и хорошенькой конкурентки. Она раздраженно буркнула «Хай!» и демонстративно отвернулась.

– Проблемы? – продолжил расспросы Ник.

– Я потерялась!

– Уп-п-п-с! Как это «потерялась»?

Обрадованная тем, что нашлись люди, готовые хотя бы выслушать, а возможно и помочь ее горю, Маша приободрилась. Захлебываясь словами и фонтанируя эмоциями, перескакивая с пятого на десятое, она поведала новым знакомым свою оптимистическую трагедию.

Или пессимистическую комедию? Или даже так – пессимистическую трагедию! Во всяком случае, Машин рассказ изобиловал словами «кошмарно», «чудовищно», «жутко», «невообразимо». Но слушатели почему-то не прониклись ужасом случившегося. Ник тер ладонью щетину и прятал в горсти усмешку, упорно задиравшую вверх уголки его губ. Роман почти открыто улыбался. Любовь же не скрывала раздражения. Она притоптывала обутой в сандалию ногой, и всем своим видом демонстрировала нетерпеливое желание быстрее покончить с задержавшим троицу препятствием.

– Так чем, ты говоришь, отвлеклась? – уточнил Ник.

– Я рисовала совершенно потрясающую игуану.

– Чо делала? Рисовала? – не выдержала молчавшая до сих пор Любовь. Она насмешливо фыркнула и посмотрела на Машу как на ребенка с очевидными признаками синдрома Дауна. Даже Ник недоверчиво поднял выгоревшие брови.

Тогда в подтверждение слов Маша достала из сумки блокнот и показала новым знакомым наброски злосчастной ящерицы. Люба мимолетно скосила глаза, имитировала скучающий зевок и отвернулась.

Зато Ник взял из Машиных рук блокнот и перелистал страницы, с интересом разглядывая рисунки.

– Ты что, художница?

– Художница, – обреченно призналась Маша.

– Здорово! Реально классные рисунки.

Маша порозовела от удовольствия.

– Значит, это игуана тебя подвела?

– Ну да, – согласилась Маша. – Она так восхитительно позировала. И свет был чудесный – косой, рисующий. В нем так дивно вся фактура кожи проявилась. Такая сухая линялая сетка…

– Линялая сетка, говоришь… – Ник повторил Машины слова, словно пробуя их губами на вкус.

И тут ревнивая Любовь, почувствовавшая, как растет интерес ее спутников к конкурентке, снова встряла в разговор:

– Ну так мы пойдем фоткаться на фоне ЮНЕСКО или как?

– Ты же не хотела… – напомнил Ник.

– Ничоси! Сам убеждал нас с Ромиком, что нужны фотопруфы. Убедил. А теперь что, отмазываешься?

– Ну, видишь, Любаня, у нас случился форс-мажор.