Академия Ранмарн

– Но, Элька, ты такая мелкая, как тебя к нам поставили?

– Добровольно-принудительно! – Я тяжело вздохнула: – С малышами мне больше нравится проводить занятия.

– Значит, снова эксперименты ставят, – хмуро подытожил Санька, – а преподаешь ты потрясающе и очень интересно, не ожидал, что у Сана такая сестричка вымахает.

Сан и Санька – они всегда были друзьями, вот только дорожки их разошлись. Мой братец стал исследующим, и так как разрабатывал оружие, мы много лет его не видели, а Санька выбился в ведущие, такие, как он, всегда на виду.

– Все, бывай, – подмигнула я Саньке и вышла из лифта, Эстарге поднялся наверх.

* * *

В преподавательской было пусто, только знающий исчисление вежливо кивнул мне в знак приветствия. Ответив ему улыбкой, я бросила оба сеора на свой стол и прошла в комнату омовений. Быстро раздевшись, встала под теплые струи, затем переоделась в свою обычную одежду, на этот раз светло-бежевый брючный костюм, в котором было так удобно в теплое время, распустила волосы и вышла в преподавательскую.

К этому времени началось очередное занятие, поэтому я не опасалась встретить обучающихся и могла спокойно отправляться домой. В другое время я бы осталась еще на несколько акан, чтобы подготовить урок на завтрашний день, но сегодня… слишком устала, это раз, и, судя по сообщению, мелькавшему на моем столе, методики и планы занятий для «Атакующих» и «Ведущих» мне передадут только утром. Следовательно, занятие на завтра придется готовить самостоятельно.

Захватив сеор с собственными разработанными планами занятий, я, весело напевая, покинула преподавательскую через выход для знающих и направилась на остановку мигана.

На улице была чудесная погода, ветер играл с моими распущенными волосами, и я чувствовала себя очень счастливой, оттого что справилась и оправдала высокое доверие и, вообще, провела занятия достойно. И еще очень радовали слова Саньки – всегда приятно, когда тебя искренне хвалят.

Казалось, счастливое пение всей моей сущности сливалось с пением машин и моторов, рокотало песней отбойных ломателей, взрывалось раскатами отдаленного грома и стрекотало тысячей плывущих по мигану перемещателей. Наш техногенный мир был в апогее своего развития, а все развивающееся всегда прекрасно.

Идиллию нарушило очень знакомое:

– Маноре Манире!

Невольно вздрогнув, обернулась на голос и увидела улыбающегося Агейру.