Экстремальное интервью, или Девушка для героя

Вслед ему неслось мое отчаянное: «Стой, я на все согласна! О, погаси пламя моей страсти!» Он все же ушел, и тогда я крикнула громче:

– Ну и вали, мне и пухлик сгодится, он сговорчивый!!! – Я бросила алчный взгляд на пухлика.

К моей ярости, пухлик ретировался из комнаты, а герой вернулся. Встал в весьма привлекательной позе в дверном проеме, скрестил на груди сильные руки и внимательно уставился на меня.

– И пусть проваливает, – не выдержала я молчаливого неодобрения, – мне вон ангелочки… не, они мелкие… – И я от отчаяния запела, или завыла, в общем, петь я не умею.

 – Свободу покоренному народу-у-у!

– Судя по всему, она пьяна, – задумчиво произнес герой моих эротических фантазий…

И я все вспомнила! Ох!

«Дик, страшно же, – я невольно смотрю в камеру анабиоза, – может, есть другой вариант?»

«Какой другой? – мой друг и медбрат по совместительству Дик Трейси скептически улыбается.

 – Ты замкнутого пространства боишься?»

«Ага, очень, еще с детства. Ну помнишь нашу воспитательницу Линжи, вот после нее, – призналась я…»

Вот дура!

И тогда мне преподнесли стопарик, от которого, как мне пообещали, очень хорошо станет, и ничего я бояться не буду. Воспоминания о том, как я после стопарика с истерическим смехом, пританцовывая, залезала в камеру, едва ли не изображая стриптиз, заставили невольно покраснеть…

Герой женской романтической прозы несколько удивленно разглядывал осмысленное выражение на моем лице.

Видимо, приняв какое-то решение, мужчина подошел ближе, чуть склонился и спросил:

– Девушка, а вы кто?

– Дура, – честно ответила я, начиная понимать, КОМУ и ЧТО только что наговорила.

Поднимаю голову, смотрю в потемневшие от злости глаза и выдаю: – А вы кто?

– Идиот, – не менее честно признался он, – который недостаточно ясно объяснил, что можно доставлять в мои владения, а что нет!

– А-а-а, – глубокомысленно произнесла я, понимая, что на этом мое интервью и завершится. – Ну, тогда я пошла… если вы мне ноги развяжете… и руки, желательно.