Игрушка императора

Напрасно, наверное, это же рыжий, но все равно верила…

А за дверями шептались служанки:

– Принцесса-то вчера устроила, а?

– Я вам говорила – любит она далларийца, и токмо его!

– Так айсир Динар бросил ее и уехал, не зря она так рыдала!

– А как выла-то, женщины, как выла… Сердце кровью обливалось! И ведь всегда такая скрытная, никогда и слезинки не пролила, а тут точно волчица раненая!

– …Королева здесь всю ноченьку сидела…

– …Давно пора! Двадцать лет, поди, дочь не замечала, все сторонилась, а тут вспомнила…

– …А к королю тот самый лориец прибыл, которого Мать Прародительница покарала…

Услышав последнее, я подскочила.

Бах! Это я двери распахнула… зачем же так громко-то? Бедная моя голова, вот тебе и напилась с горя… или от радости, тут уж как посмотреть. Скривилась, глядя на испуганных моим появлением служанок, хрипло спросила:

– Когда прибыл императорский посланник?

– Только что. Я, поднимаясь, видела… из портала вышел… – ответила Лихер, остальные находились то ли в глубоком реверансе, то ли в неглубоком обмороке.

– Ванну, вина и серый костюм! – приказала я.

* * *

Спустя полчаса я, несколько захмелевшая, но спокойная и решительная, входила в отцовский кабинет. Присутствующие лорды и айсиры встали, приветствуя меня, посланник – айсир Илери – нацепил улыбку на взбешенное лицо.

По пути сюда я все думала: это кого же наказал кесарь, прислав лорийца в качестве вестника, – меня или Илери? Увидев выражение лица айсира, я поняла – его.

– Доброго дня, отец, айсир Илери, лорды, – я склонилась в реверансе.

– Доброго дня, айсира Катриона, – Илери решил быть добрым.

Бедняга! Видимо, это действительно стало для него жесточайшим наказанием. Все мечтал от меня избавиться, и вдруг я – его будущая императрица. Да, определенно кое-что в предложении кесаря доставило мне удовольствие. Унижение Илери, например.

Я мило улыбнулась и полюбопытствовала:

– Пришли поздравить меня, а, Илери? – вот тебе, и фамильярничать теперь я имею полное право.

Осознал, скривился, но сдержался…

– Позвольте вас поздравить… – начал лориец.

И попался же в ловушку, в которой уже бывал не раз.

– Позволяю, – милостиво согласилась я.

Опять скривился, но поклонился вновь и произнес:

– Поздравляю вас, айсира Катриона. Вы удостоились небывалой чести!

Да уж, действительно.