Лесная ведунья. Книга третья

Я же волосы кое-как пригладила, рукава оправила, на союзника своего поглядела сверху вниз, да и спросила:

– Теперь понял?

Промолчал. А потом возьми да и спроси:

– А если бы не срезали тебя, роза?

Призадумалась я над вопросом, крепко призадумалась, да и ответила очевидное:

– А тогда, аспидушка, была бы я кустом розовым. Цвела бы как и положено, много лет бы цвела, много сезонов. И пусть не каждый цветок мой прекрасен бы был, но были бы их сотни. А так куст мой считай срубили под корень, вот от меня одна роза то срезанная и осталась.

А больше ничего. Так понятно тебе?

А ничего не ответил аспид.

Только вдруг руку протянул, меня за запястье схватил, к себе резко притянул, и как только упала я, на ногах от рывка такого не удержавшись, сжал меня аспид в объятиях крепких сжал, с силой к себе прижал, да и прошептал хрипло:

– Мне жаль, Веся. Мне так жаль, что ты столько в своей жизни горя перенесла. И я… понял. Теперь я все понял.

И от слов его затихла я, вырываться перестала, потому что мне тоже было жаль, мне было очень-очень жаль… меня.

До слез жаль себя было, да делать нечего – такова жизнь. Так уж сложилось. Так уж вышло. И вот смирилась я с этим давно, а аспид явно нет. В плечо мое лбом уткнулся, едва не воет. Жалко его.

– Ты не печалься так, – попыталась я аспида утешить, – сделанного не воротишь, случившегося не изменишь.

Усмехнулся лишь, а меня все так же держал крепко.

Потом спросил тихо:

– А другие аналогии есть? Окромя куста роз?

– Есть, – я уж смирилась с тем, что обнимает да к себе прижал, устроилась удобнее, и начала аналогии подбирать: – Веточка яблони цветущая, что в руках палач держит, а само дерево уже на земле срубленное лежит.

Ммм… веточка персика, в стакане с водой стол украшающая, а там за окном само дерево уж и срубили, и на дрова распилили. Веточ…

– Так, хватит, я понял, – отрезал аспид.

Улыбнулась невольно. По голове погладила, как погладила бы зверя, за утешением ко мне пришедшего, и сказала:

– Отболело уже, аспидушка.

Отболело и прошло. Да и сама виновата, кроме себя мне винить больше некого.

– И в чем же ты виновата? – тихо спросил аспид.

А вот на этот вопрос отвечать было больно. Очень больно. Но я все равно ответила.

– От того, что в мага влюбилась. Знала, что нельзя. Знала, что и доверять магу не стоит. Но я влюбилась и сгубила и себя, и друга своего. Все погубила. Моя ошибка. Моя вина.