Долина драконов. Магическая сделка

И тут же насмешливо продолжил – Но вот смысл откровенно читающегося в них удивления мне непонятен, или вы действительно полагаете, что Воронир не разберется в случившемся?

Я прикусила губы, посидела так, пытаясь подобрать нужные слова, все же сказала:

– Мы не могли иначе. Воронир убивал Гаррата намеренно, зная, что, как только его жизни будет угрожать смертельная опасность, вы появитесь. А едва бы вы появились, он отдал бы приказ грассам атаковать. Всем грассам, включая малышей и беременных самок.

Нам нужно было сделать хоть что-то… других вариантов не было.

Ирэнарн внимательно посмотрел на меня и произнес:

– Следовало позвать меня!

Опустив взгляд, резонно заметила:

– Ваше появление спровоцировало бы Воронира на приказ грассам, что стало бы для них смертным приговором.

– Серьезно? – насмешливо поинтересовался Черный дракон.

Искоса взглянула на него, не понимая причины насмешки.

И он любезно объяснил:

– Милада, вы сообщили мне о грассах.

Вы передали Зэрнуру монографию, которую написал Воронир. Вы действительно полагаете, что я мог наивно проигнорировать факт их управления хозяином?

Промолчала, почему-то вдруг вспомнив сказанное Асур-Рратом: «Доверься Черному дракону».

– В целом, госпожа Радович, вы отличаетесь крайне глупым поведением. Глупо было не взять защитный браслет, что я вам передал вместе с телепортационным, глупо было не сообщить Зэрнуру об откровенном шантаже со стороны лорда Энроэ, глупо было молчать о вражде с Айваном Горски, глупо в целом было отправляться в Горлумский лес на фактически невыполнимое задание.

Отдельным крайне глупым поступком было молчать о личности Вачовски, но тут я хотя бы могу это объяснить вашим совершенно беспочвенным благородством.

Я молчала, опустив глаза.

– Гордость, госпожа Радович, – это костер. Для любого костра требуются как минимум дрова. Так вот ваш костер гордости умудряется гореть в принципе без топлива!

Высказав это, Главнокомандующий снова принялся есть, на этот раз с каким-то остервенением, словно едва сдерживал рвущуюся ярость.

А я молчала, почему-то ощущая себя очень… мне просто было до крайности горько. Я бы многое могла сказать дракону, начиная с того, что привыкла рассчитывать только на себя, и заканчивая его написанными в том послании словами, но не стала.