Долина драконов. Магическая сделка

– Ты не посмеешь! – прорычало огнедышащее чудище.

Все также не оборачиваясь и не переходя в трансформацию даже частично, одним движением руки Ирэнарн с силой захлопнул дверь. Получивший по носу Гаррат взревел, но подсветившее дверь алым его пламя было сущей мелочью в сравнении с волной драконьей ярости, которая смела Владыку вместе с частью стены, как иначе можно было объяснить то, что следующий рык разъяренного дракона раздался уже за пределами Крепости.

Мне же молча указали на каменную дверь, которую я и не заметила вовсе.

Я осталась сидеть на месте, пытаясь изо всех сил сдержать слезы.

– Я предупредил, – с нескрываемой угрозой произнес Правящий дракон.

За окном рычал и ревел второй, и от его ударов непоколебимая, казалось, Крепость содрогалась до основания. Следующий рев заставил задрожать стекла. Но что-то мне подсказывало – они выдержат: и Крепость, и стекла. Ирэнарн, судя по каменному спокойствию, также это знал, но вот чего он, кажется, не ожидал вовсе, так это раздавшегося за дверью:

– Хорошо, просто скажи, чего ты хочешь.

Хочешь, я буду править? Хочешь, я… Рэнарн, я сделаю все, что ты хочешь, слышишь? Абсолютно все, что ты хочешь, только опусти девочку, она здесь не при чем. Она… Пылающий вечный, Рэнарн, не трогай ее!

Главнокомандующий молча развернулся, прошел к двери и, распахнув ее, прислонился плечом к дверному косяку, с холодным равнодушием глядя на брата.

Гаррат же выглядел плохо. Обширные следы ударов на плечах, кровоподтек на щеке, израненные, словно он в человеческом, а не драконьем виде бился о стены, руки и взгляд, полный боли.

– Отпусти ее, – произнес он, глядя на Ирэнарна, – пожалуйста.

Черный дракон промолчал, все так же холодно глядя на Владыку. Гаррат же едва держался на ногах и, уперевшись рукой в стену, хрипло продолжил:

– Я женюсь на Гэндоран, как ты и хотел. Я возьму правление на себя.

Я дам клятву на крови… любую, какую пожелаешь. Я сделаю все, что ты хочешь. Только опусти ее.

И он с мольбой посмотрел на брата.

Лицо Черного дракона казалось высеченным из камня – холодным, бесстрастным и равнодушным. Абсолютно равнодушным.

И полный надежды взгляд Гаррата стал меняться – из наполненного мольбой он стал ожесточенным и злым, и с этой бешеной злостью дракон прорычал:

– Это месть, да?

Ирэнарн усмехнулся.