Мертвые Игры. Книга третья. О темных лордах и магии крови

В следующее мгновение меня подняли, после чего ректор силой отнял ладони от моего лица, взяв за подбородок, заставил взглянуть на себя и с присущим ему хладнокровием начал задавать вопросы:

– Норт прикасался к твоей крови, когда лечил тебя?

Попыталась кивнуть, не то чтобы получилось в подобном положении, но Гаэр-аш все понял и продолжил:

– Изменилось ли его отношение к тебе? Были ли признаки резко наступившей невменяемости?

Неуверенно отрицательно мотнула головой.

– Дальше, – продолжил глава Некроса, – я, Рикьярн Тарн, Эдвин Харн и то недоразумение, что слало тебе общественно доступные любовные послания, имели доступ к твоей крови?

– Нет, – прошептала, глядя в удивительные, цвета темного предгрозового цвета глаза лорда Гаэр-аша, которые почему-то притягивали взгляд так, словно там, в глубине его глаз, при взгляде на меня происходили какие-то изменения.

Будто искры вспыхивали…

– Тогда о каком влиянии крови может идти речь? – задал вполне резонный вопрос ректор.

Удивленно моргнув, нахмурилась, осознавая факт несомненной правоты главы Некроса, и…

И перестала дышать, испуганно глядя в его глаза, которые… вдруг вспыхнули пламенем!

Не сиянием, не темно-фиолетовой магией некромантии – а ярко-синим огнем! Огнем! Глаза человека! Не на поверхности, не так, будто их вдруг воспламенили внешне, – это был прорывающийся изнутри огонь! Там, внутри лорда Гаэр-аша, бушевало стремительно разгорающееся неистовое пламя!

«За что мне эта безумная, сжигающая страсть, Риа?»

Эта промелькнувшая в памяти фраза стала тем единственным, что позволило мне не заорать от ужаса.

Нет, страх был, он плескался во мне, отзываясь крупной, бившей все мое тело дрожью, но при этом разум четко осознавал, что совершенно не зря, с самого начала, в этой произнесенной ректором фразе меня настораживало именно слово «сжигающая».

– Риаллин, в чем дело? – хрипло спросил лорд Гаэр-аш.

Спросил, с непониманием глядя на меня пылающими синим огнем глазами. Огонь не мешал ему видеть! Огонь не доставлял ему дискомфорта.

Огонь был частью его самого, частью, которую он даже не осознавал в данный момент. А я, тяжело дыша, в ужасе смотрела на того, кто не мог быть человеком! Просто не мог! Внутри людей не пылает пламя! Люди не могут не ощущать огонь! Тем более наиболее интенсивный из всех вариантов – синий огонь!

– Риа?!

У меня подкосились ноги. Лорд Гаэр-аш удержал, в тревоге глядя на меня, застывшую от ужаса, на закушенные в попытке не закричать губы.