Мертвые Игры. Книга вторая. О магах-отступниках и таинственных ритуалах

Я глухо застонала, едва ладони некроманта скользнули вверх по моей ноге, снимая чулок, первый, затем второй, и, едва Дастел начал расшнуровывать платье, попыталась вцепиться в его ладони, чтобы остановить.

– Маленькая моя, – Норт перехватил мои ладони, поцеловал каждую, – неужели ты не видишь, не чувствуешь, что я жить без тебя не могу! Не могу, понимаешь? – Горячее дыхание обожгло мою шею, после прижались столь же обжигающие губы.

Норт горел – температура или просто страсть, я не знаю, но было почти больно.

И даже не столько телу – сердце сжималось и от боли, и от обиды. А под сильными пальцами некроманта рвалась шнуровка платья.

Тьма накатывала все сильнее, унося куда-то в беспокойный омут, но я держалась из последних сил, надеясь на поцелуй. Всего один поцелуй – мне больше не нужно было. И я думала лишь об этом, когда Дастел стянул платье. И только об этом, когда вслед за платьем снял с меня и длинную, почти до пола, шерстяную рубашку, оставляя совершенно без одежды, а затем покрывая нежными поцелуями от колен до волос, уже не произнося ни слова.

А затем послышался звук открываемого шкафа, шелест ткани, и Норт надел на меня свою шелковую рубашку, которая мне чуть ли не до колен доставала. Еще раз поцеловал, едва касаясь, укрыл и тихо прошептал:

– Спи, маленькая.

Я не уснула. Смогла сопротивляться дурману и долго-долго лежала, прислушиваясь к тому, как Норт сидит за столом, выполняя задание за заданием. Потом пьет чай, вновь что-то записывая – перо скрипело.

После закрыл учебники, разделся, сходил в душ. А вернувшись, погасив свет, лег рядом со мной, обнял и тоже долго не мог заснуть, уткнувшись носом в мои волосы и осторожно поглаживая мои пальцы.

И все же вскоре дыхание его стало ровным, рука отяжелела.

А я продолжала изо всех сил бороться со сном по одной-единственной причине – ждала Пауля.

Форточка скрипнула, когда ждать уже сил не оставалось, дуновение холодного ветра – и паучок застыл на моей груди.

С трудом открыла глаза, одними губами прошептала:

– Браслет, на тебя похож.

На большее сил не было. Умертвие не подвело, и вскоре холодный металл сжал запястье.

Дурман отступил мгновенно!

Никто не спорит, что амулет Кхелло гораздо слабее артефакта Сирилла, но воздействие у них сходное – ограждать от направленной на владельца магии. И не прошло трех минут, как я осторожно, стараясь не разбудить Норта, поднялась.