Мертвые Игры. О мстительных некромантах и запрещенных артефактах

И я впечаталась в носатого, чтобы в следующий миг оказаться впихнутой в неприметную дверцу, ведущую под помост. То есть пока те двое на пару со мной распинались, этот стоял внизу и ждал! А ступени, они за помостом, то есть зрителям не видны! И вот вопрос – неужели никто не догадается, что если я спускалась, а потом пропала, значит что-то не так? Но едва носатый прижал меня к доскам, зажав рот явно немытой ладонью, я вдруг поняла – никто не догадается. Никто даже не подумает. Это Некрос, я здесь совершенно одна, обо мне даже беспокоиться не станут.

– Мне вот любопытно, – парень навалился на меня всем телом, вжимая в стену, – ты о последствиях задумывалась, реализовывая свой коварный план, а?

Помост был деревянный, доски достаточно толстые, но слышимость была великолепной, и я отлично слышала, как спустившегося Норта Дастела поздравляют с победой восторженные адептки, как рычит дракон.

– Отвечай! – прошипел носатый.

Я зажмурилась, даже не пытаясь указать на очевидную невозможность дать ответ.

Там, за деревянной стеной, раздалось встревоженное «Ыыы» от Гобби. Мое умертвие, мой единственный негаданный друг, а больше обо мне никто и не вспомнит. Отец погиб, мама умерла спустя всего несколько лет, из родных – один отчим, которому я кость в горле… Меня, если убьют, похоронят по-тихому, отчим себе все мое наследство заберет, на том и конец.

– Молчишь? – прошипел носатый.

Мне вдруг так жалко себя стало. До слез. До горьких, никому не нужных слез сироты, у которой никого, совсем никого не осталось, одно только желание выжить и сломать все обогатительные планы отчиму.

А толпа начала отдаляться, возвращаясь в академию и оставляя меня на растерзание некроманту, лишенному победы.

– А знаешь, что мы сделаем? – Носатый приблизил физиономию к моему лицу, и теперь своим носом касался моего. – Мы сейчас мирно побеседуем, побродяжка, и после нашего разговора ты пойдешь к ректору, сама пойдешь, дрянь, и сообщишь, что так мол и так, ты во втором туре участвовать отказываешься.

Все поняла?

Правда??? Я не поверила услышанному, но обрадовалась точно и старательно закивала.

Открылась дверь. Скосив глаза, увидела две высокие вошедшие фигуры – глазастый и рыжий. Сволочи! Так, значит, действительно сговорились.

– Не придуши, – равнодушно произнес Норт, – до посещения кабинета ректора на ней не должно быть никаких следов насилия.

– Я синяков не оставляю, – зловеще ответил носатый.

Мне и так было плохо, а теперь стало совсем… жутко.