Мертвые Игры. О мстительных некромантах и запрещенных артефактах

– Амулет, побродяжка, – повторил глазастый, переходя к уже шестой пуговке.

Судя по холодному зимнему воздуху, обжигающему кожу ледяным прикосновением, сама капелька артефакта уже была доступна взору некроманта, но Дастел, похабно ухмыльнувшись, продолжил расстегивать мою мантию. На мой полный ужаса взгляд парень коварно ответил:

– Ты же не надеялась, что мы тебя так просто отпустим, побродяжка?

Девятая пуговица была безжалостно расстегнута, зимний холод ознобом коснулся едва прикрытой бельем груди.

– Есть на что посмотреть, – ухмылка играла на губах Дастела, – впрочем, знаешь, – он подался вперед, и теперь его дыхание отчетливо ощущалось, – я предпочитаю тактильное наслаждение зрительному.

В следующее мгновение широкая мужская ладонь легла на то, что я и сама избегала трогать столь откровенно.

Смущение, стыд, злость, негодование, страх – все перемешалось! Широко распахнутыми от ужаса глазами я смотрела на адепта Норта Дастела и не могла вымолвить ни слова. Мне было стыдно! Ужасно, дико, неимоверно стыдно, и стыд только усиливался от осознания, что у моего позора имеются еще двое заинтересованных свидетелей.

Крайне заинтересованных – носатый и рыжий подались вперед, жадно разглядывая все, обнаженное Дастелом.

– Вы! – голос неожиданно прорезался. – Да как вы смеете?!

И я рванулась, одновременно пытаясь прикрыться руками. Очень опрометчиво с моей стороны – ладони были мгновенно схвачены подскочившим рыжим, подняты наверх и вмиг перехвачены его рукой.

Если бы они связали руки над головой, наверное, был бы тот же эффект – я почувствовала себя вздернутой.

– Ай-яй-яй! – Норт прижал меня своим телом к дощатой стене, затем его колено жестко вторглось между моих ног, окончательно лишая способности к сопротивлению. – Побродяжечка, неужели ты настолько скудна умом, что решила сопротивляться?

И он навалился так, что я лишилась возможности дышать! А думать… думать не особо получалось, учитывая, насколько мало личного пространства мне осталось.

Вообще не осталось. Я не могла даже вздохнуть, настолько по-мужски твердое тело вдавило в еще более твердые доски… И ужас, дикий панический ужас захлестывал все сильнее – некромантов трое, я совсем одна.

– Мы сейчас поиграем в игру, побродяжка. – Губы Норта скользнули по моей щеке, в следующее мгновение зубы прикусили мочку уха. – Ты осторожно снимешь амулет и отдашь его мне, все поняла?

Меня начало трясти. Буквально. Всем телом.