Мертвые Игры. О мстительных некромантах и запрещенных артефактах

Глазастый медленно подошел, отодвинул от меня не желающего останавливаться носатого и склонился надо мной, уперевшись руками в стену.

– Ты все поняла, да, побродяжка?

Широко распахнутыми глазами в ужасе смотрю на некроманта.

– Испугалась, да? – притворно-сочувственно поинтересовался парень. Затем, придвинувшись ближе, прошептал: – А теперь слушай внимательно, Каро, завтра утром ты отправишься к ректору и откажешься участвовать в Мертвых играх. Можешь рыдать, умолять, давить на жалость, мне плевать, как ты это сделаешь, но к полудню твоего имени не должно быть в списке победителей, иначе… – широкая похабная ухмылка.

Да, слов уже не требовалось – они наглядно продемонстрировали, что будет, если «иначе». Но и сдаваться вот так просто, после того унижения, что они заставили вынести, я не собиралась.

– А что, если, – нервно сжала края расстегнутой мантии, – я расскажу ректору правду?

– Я буду счастлив, – вставил носатый, – и первый.

Меня передернуло. Заметив мою реакцию, Дастел улыбнулся и, подавшись еще ближе ко мне, выдохнул почти в губы:

– Желаешь поиграть, малышка?

Я промолчала, вжимаясь в стену.

– А ты уверена, что готова на игры по-взрослому, мм? – Черные глаза с фиолетовыми всполохами смотрели, не скрывая издевки. – Ты пойдешь к ректору, малыш, наплетешь Гаэр-ашу все, что пожелаешь, и откажешься от участия в Мертвых играх.

– Мягко?! – охрипшим голосом переспросила я.

– Чуть-чуть поставили на место, – подтвердил Дастел. – Ты наглая и хитрая, пришлось наглядно продемонстрировать, насколько ты беззащитная. Поверь, мы не хотели.

– Говори за себя, – вставил носатый. – Я – хотел. И мне понравилось.

– Я заметил, – не оборачиваясь и не отрывая от меня взгляда, произнес Норт.

– Кончаем спектакль, нужно проверить нежить.

– Завтра. – Глазастый все так же стоял, не меняя ни позы, ни объекта для пристального изучения. – И о тренировке мы подумаем тоже завтра. Сегодня гуляем. – Затем мне: – Ты ведь не забыла о приглашении, малышка?

Я улыбнулась. Вышло, наверное, жалко, а хотелось казаться уверенной в себе и разгневанной.