Долина драконов. Магическая Экспедиция

Карета тронулась, едва я села, но, пока занималась собой, не сразу обратила внимание, что мой провожатый остался во дворе университета и сейчас в карете находились только я, лорд-дознаватель и магический камин, согревший воздух настолько, что плащ уже можно было расстегнуть и снять, как поступил сам лорд Энроэ – его одежда лежала в углу сиденья. Но я раздеваться не стала.

– Как вам моя сегодняшняя речь, госпожа Радович? – едва я завершила с приведением себя в порядок и взглянула на него, поинтересовался тайный советник короля, откинувшись на спинку сиденья и глядя на меня внимательным, пристальным, изучающим взглядом.

– Она была впечатляющей, – вынужденно признала я, в свою очередь вглядываясь в лорда Энроэ. Дело в том, что на нем оказалась иллюзия. Искусно выполненная, маскирующая далеко не все морщины на его лице и делающая само лицо немного более… привлекательным?! Точно сказать не могла. Благодаря жемчужине воздушника я отчетливо видела только реальность, а вот иллюзия была призрачной, не совсем четкой.

– Что-то не так, госпожа Радович? – вопросил несколько напряженно дознаватель.

Лгать ему я посчитала не слишком умным делом, вероятно, на лорде с десяток амулетов, реагирующих на ложь, а потому честно ответила:

– Вы несколько изменились.

И проследила за тем, как реальное лицо лорда Энроэ дернулось от ярости, в то время как иллюзия оставалась полна благостного расположения. И реальность вскоре идеально сымитировала ее же, а сам лорд снисходительно произнес:

– Девушкам всегда свойственно приукрашивать своих спасителей.

«Своих спасителей»?! Я внутренне похолодела. Значит, лорд Энроэ желает, чтобы я восприняла случившееся именно так – как благородное спасение, а вовсе не как торжество справедливости… Хотя в этом он прав, ну о какой справедливости может идти речь в нашем королевстве для таких, как я…

Между тем лорд Энроэ продолжил светскую беседу, спросив:

– Какую кухню вы предпочитаете, госпожа Радович?

– Университетскую, – вполне серьезно ответила я.

Снисходительная улыбка стала чуть шире, и дознаватель произнес:

– Понимаю, у вас не было возможности сравнить с чем-либо. – Улыбнулся и добавил: – Мы исправим это упущение.

Мне очень хотелось бы ответить решительным «Нет!», попросить остановить карету и выпустить меня. Хотелось бы… но я осталась сидеть, молча и настороженно глядя на дознавателя.