Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

– Кира! – В этот миг даже голос Эда не мог отвлечь меня от единственной мысли – «Убить!».

Еще три касания – я зафиксировала форму. Теперь эенг представлял собой смертельно опасное оружие. И я не стала раздумывать, прежде чем пустить его в ход.

Замах. Выпад! Звон стали, встретившей другую сталь! Откуда этот выродок выхватил меч, я не знаю, но владел он им виртуозно, и оставалось только порадоваться, что воин лишь отбивает мои попытки вспороть его живот и не атакует сам.

– Хватит! – грозный рык.

Пять касаний – и в моих руках копье.

Потому как уже ясно – мечом мне его не достать, руки коротки… в буквальном смысле.

– Кира, прекрати, – попытался вмешаться Эд.

– Сейчас, – не сводя глаз с противника, ответила я. – Убью эту мразь и прекращу.

– Ки-и-ир, ты его хрен убьешь, – рявкнул Эдвард. – Он с тобой как с ребенком играет! Остановись!

«Там, где ярость затмевает рассудок, прорастает дерево победы твоего врага», – говаривал мастер Лоджен.

И я остановилась, сделала глубокий вдох, потом выдох.

Будущий труп, по совместительству являющийся моим отцом, заинтересованно склонил голову, ожидая, что я еще предприму. А я сжала зубы и… семь касаний к эенгу. В следующую секунду моя правая рука сжимала все то же облегченное копье, левая – дагу.

– Ты сдохнешь! – уверенно сказала я.

– И это моя дочь, – с нескрываемой насмешкой произнес тот, кто предположительно меня сотворил.

– Я тебе не дочь, мразь! – тихо, но отчетливо сказала я. – Потому что ты не мужчина! И не воин! Ты жалкий ублюдок, позволивший себе поднять руку на женщину!

Щека индивида дернулась, глаз тоже.

Из горла раздался какой-то рокочущий рык.

– Кир-р-ра, иди сюда! – встревоженно потребовал Эд.

Не ко времени! Мой якобы папашка швырнул меч. Тот со звоном упал на пол, в следующую секунду воин тенью бросился на меня.

Так наверняка лавина мчится с высокой горы, неуловимая и неудержимая. Почему-то я решила, что все, мне конец. Где-то на периферии послышался хрип Эда, бросившегося на мою защиту, но я смогла лишь краем зрения уловить, что его отправили в полет, отшвырнув от меня левой рукой, в то время как правая схватила меня за горло, приподняла над полом и впечатала в стену.

А дальше движение большим пальцем – и мои руки онемели, выпустив оружие… Звук упавшего трансформированного эенга был похоронным звоном моей попытке убить чудовище.

Или не похоронным… потому как даже в позе «пришпиленной бабочки» у меня имелся нехилый шанс на сопротивление.