Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

– Мм, мужик еще на что-то способен?

Вспомнила массивную фигуру маньячного и честно ответила:

– Судя по внешнему виду, он по мужским возможностям из серии склеротиков. Отдал супружеский долг – забыл, пришел исполнять снова и так раз двадцать за ночь.

– Ой, – Мика нахмурилась. – Подожди, я сейчас, – и опять маме: – Тетя Киара, вы мне сейчас с толком и расстановкой объясните, что это за право ночи и чего нам от него ждать. Не надо Кире, вы сейчас мне говорите и со мной разговаривайте. Хорошо?

И Мика мне подмигнула.

На меня и смотрела, когда мама начала объяснять.

– Это требование воина, который имеет право на женщину. Кира – отданная, ее отец дал позволение, в этом случае воин получает право на ночь в любой момент.

– То есть ее любой может получить? Да это проституция в узаконенном виде! – Возмущение в голосе Микаэллы было нешуточное.

На заднем фоне послышался всхлип, потом судорожное рыдание, а после:

– Моя девочка… – и снова рыдания.

Мы с Микусей переглянулись, мне меня стало вдруг очень жалко.

– Подожди, пусть успокоится, – сказала я подруге.

– Никогда не видела ее такой, – прошептала Микаэлла. – У нее истерика с тех пор, как ты улетела. Плачет постоянно. Мы ее к себе забрали, Эдвард настоял. Мама ее с трудом заставляет поесть, бегает вокруг, и, наверное, единственная понимает, как тете Киаре плохо. Эд там торопит своих, чтобы ограничение сняли. А тетя Киара… то стоит, стоит, а то просто плакать начинает и сползает по стенке… Четыре дня ее вообще на успокоительных держали, вкалывали почти насильно, потом появился шанс на вылет.

Сегодня вот нам Исинхай сообщил, что удалось связаться с тобой. Мы в вашу квартиру приехали, у нас же прослушка, сидели и ждали его. В общем, тетя Киара надеялась, что ты продержишься там дней двенадцать, и она потом прилетит и вытащит тебя, и даже воспряла духом, плакать перестала. А вот сейчас сообщение от Наски. Исинхай только приехал и ей с порога честно сказал: «Киру отдают Нрого. Сегодня. Я не смогу ничего сделать». А она просто побелела и начала падать, Исинхай едва подхватить успел.

От таких новостей у меня полные глаза слез, подбородок дрожит, а самое главное – что делать, я теперь совершенно не знаю.

– Мик, судя по маминой реакции, с девичьей честью я таки расстанусь… ты спроси, чего там дальше будет.

Послушно кивнув, Мика повысила голос и вопросила:

– А после этой ночи Нрого ее заберет?

– Нет, – глухо ответила мама. – Агарн может отдать или дочь, или ее ночь.