Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

А она смотрела на него, по щекам текли слезы, и, едва сдерживая рыдания, прошептала:

– Ты не понимаешь… Ты просто не понимаешь… – судорожное рыдание и едва слышное: – Ночь с Нрого уложит ее недели на две!

Оторопело взираю на Мику, в итоге, не выдержав, требую у мамы ответ:

– Меня что, бить будут?! – и совсем невероятная догадка: – Кнутом?!

Мама вспомнила, что у ее разговора с Исинхаем есть слушатели, опустилась на диван и, закрыв лицо руками, прошептала:

– Нет…

И как это все понимать?!

– Мам, – требовательно позвала я, – да ладно, выкручусь, обломится мужику секс.

У мамы просто началась истерика.

– Мам, да откажется он от секса, поверь мне, я с такими «пожелателями» разбираться умею.

Опять слезы. Мика судорожно вздохнула, я и вовсе едва сама не разревелась, не могу выносить, когда мама плачет, тем более что раньше за ней такого не наблюдалось.

– Так, хватит! Мам, мне сейчас срочно нужны местные традиции! Просто очень срочно, а дальше мы с Микой разберемся, мы не маленькие.

И тут Мика рявкнула:

– Шеф, дайте ей вина уже, хватит воду носить!

– Лучше успокоительное, – послышался голос Исинхая.

– Мама не пьет лекарства, – начала было я.

– Она уже все пьет. – Мика грустно улыбнулась. – С другой стороны, такая их материнская доля. Слушай, а там мужиков красивых много?

Честно ответила:

– Завались!

– Иронизируешь? – Чьи-то ноготки застучали по столику.

– Даже не думала. – Моя улыбка стала шире. – Помнишь, мы в секс-шоп заходили?

На заднем плане послышалось удивленное восклицание мамы, но мы его проигнорировали.

– Да-а, это было незабываемо, – мечтательно протянула Микаэлла.

– А помнишь новых андроидов?

– Что-то типа «три тысячи способов достижения оргазма для вашего удовольствия»?

– Ага.

– Э-э, – протянула Мика. – Что-то жмет мне моя девичья честь, Кир, а можно я тоже к тебе?

– Нельзя, – я хихикнула, – им слово «оргазм» неведомо!

– Это жестоко! – Теперь мы откровенно ухохатывались.

А мама плакать перестала и что-то принесенное Исинхаем пила.

Посмеялись и снова вернулись к насущному.