Ловушка для принцессы

В общем, ты, который орк, который весь рыжий, день с вождем… второй день с вождем, а на третий смотрят орки, высовывается из-под тиопи рыжая лапа, и стон такой жалобный: «Помоги-ите, он слишком выно-осливый!»

– Как интересно! Но я думаю, что на сегодня с меня хватит… рыжего кошмара.

– Это только начало, – возмутилась я. – В общем, стонешь ты день, стонешь второй… на помощь зовешь так жалобно, а вождь все не унимается… выно-осливый попался, сильный и полюбвеобильнее твоего… орка, который рыжий, который ты. Но! Спасли тебя!

– Полный восссторг!

– Да уж, жена вождя над тобой сжалилась.

Вошла в палатку и вождю прямо в нос как вреж… ударит. В общем, так ты и смог убежать, одной рукой от вождя отбиваясь, второй… одежонку придерживая! А вождь жалобно так: «Любимый, твоя рыжая шерсть мне по ночам сниться будет! Вернись, все прощу!»

Я все ждала комментария, но Динар молчал… напряженно молчал, ну, значит, продолжаем:

– Так ты сбежал из охта, то есть из стойбища. И едет рыжий орк, который ты, который весь рыжий, по степи и весь такой грустный-прегрустный и… все слова вождя вспоминает.

И понял рыжий орк, который ты, который…

– Кат!

– И понял рыжий орк, который ты…

– Катриона!!!

– Что ему нужна жена… И не надо на меня так кричать. День едет орк, второй день едешь ты по степи, третий день, а на четвертый… увидел женщину…

Так как лошадь Динар остановил, весь наш отряд проехал мимо, искоса поглядывая на взбешенного рыжего и очень довольную меня. Интересно, до какой степени его можно довести? В любом случае месть – блюдо сладкое, и подавать я его могу в любом виде, так что:

– И это была я!

– Правда?! – сыронизировал Динар.

– Да. – Я невозмутимо начала наматывать кончик косы на палец. – Странный сон, я же говорю. Ну, дальше я могу и не рассказывать.

Динар заставил лошадь сорваться в галоп, пока не обогнал всех. И когда мы вновь возглавляли процессию, ласково так спросил:

– Что же ты остановилась? Продолжай, самое интересное начинается… не все же рыжему одинокому орку вождя ублажать.

Это, конечно, пошлость, но, если промолчу, точно не прощу себе.

– Ах, – и печально так, – там скорее вождь ублажал… основательно так…

Вот это я понимаю – остолбенел… от ярости! Великий Белый Дух, помнишь, я просила тебя о чуде, армии и всяком там мелком орудии убийства, так вот не надо уже, и без тебя справилась, морда бородатая! Я великолепна! Продолжим, пока враг находится в состоянии «вот она, неожиданность».