Темная империя. Книга первая

– Это вы зря, – добродушно сообщил Эллохар, – тут в прошлом году с десяток неупокоенных умертвий закопали, так что не советую.

Горгулья хотела было ответить, как ощутила доселе не ведомое – чьи-то острые зубы впились в лодыжку.

– Уййй! – возопила несчастная.

– Да, точно, именно здесь, – улыбнулся магистр.

Осторожно высвободив ногу, горгулья не удержалась и припечатала рвущееся из земли умертвие кулаком в лоб. Магистр Смерти укоризненно покачал головой и полюбопытствовал:

– Зачем реквизит учебный портите?

Перепуганная горгулья торопливо протерла треснувший лоб крылом, после нервно прикопала умертвие, и припав к земле, попыталась уползти.

– Кстати, я так понял это вы мне тут всех местных крыс распугали? – невозмутимо поинтересовался Эллохар, глядя на каменеющего, к его удивлению тролля и предающихся панике горгулий.

Троица застыла. И только в глазах Кауга мелькало торжествующее «Я могу, я могу!».

– Надо же, – задумчиво протянул директор, – а мы были убеждены, что прямоходящие тролли утратили способность обращаться в камень… Милейший, вас нужно исследовать.

«Я дурак, – печально подумал камень, – я полный дурак!».

Вспыхнуло синее пламя, открывая переход. Горгульи застыли.

– Дамы первые, – усмехнувшись, произнес Эллохар, приглашающим жестом предложив проследовать в спасительный переход.

Горгулы, оба мужского пола, почему-то не стали возражать и опрометью помчались в спасительную даль родных просторов Хаоса, камень дернулся, дернулся снова, в отчаянии проклиная вернувшуюся способность.

– Увы, – уничтожая прорыв пространства, произнес магистр Смерти, – вы, мой драгоценный, слишком ценный экземпляр.

В следующее мгновение раздалось негромкое «Тараг» и возрожденный дух возник перед господином.

– Слушай, – задумчиво начал магистр, – а кто у нас специализировался по атавизмам рас Хаоса?

– Адептка Ии, – мгновенно ответил дух.

– Зови, – приказал директор, потягиваясь.

Ждать пришлось недолго – одна из капель росы на кусте, стремительно увеличилась, скатилась по зеленому овалу, тягуче свесилась… на траву встала уже синеглазая и светлокожая настолько, что казалась полупрозрачной, риссина клана Воды. Огромные, в пол-лица, темно-синие глаза в обрамлении совершенно белых, будто подернутых инеем ресниц, вопросительно уставились на директора.