Урок восьмой: Как выйти замуж за темного лорда

– М-м-магистр… – Я вновь попыталась вырваться.

– А затем, – шепот стал хриплым, – когда отзвучат слова вечной клятвы и чарующим танцем смерти раскинется непроницаемый полог, я уроню тебя на мягкий ворс белоснежного покрывала, чтобы укрыть собой…

– Магистр! – возмущенно воскликнула я.

Даже Алсэр повернулся, пытаясь понять причину вопля.

– Что? – отстранившись, невозмутимо вопросил Эллохар, смерив меня истинно тьеровским взглядом. – Ты спросила, я ответил, какие ко мне претензии?

– Да никаких! – раздраженно ответила я, пытаясь перестать краснеть.

И внезапно вновь оказалась в его объятиях, чтобы услышать:

– И я буду любить тебя снова, снова и снова, пока не угаснут звезды… А ночи в Мирах Хаоса длинные… теплые… страстные…

Неожиданно послышались шаги, а затем и разъяренный шепот леди Тьер:

– Риан, я была бы тебе очень благодарна, если бы ты прекратил соблазнять собственную невесту на глазах всего двора!

Меня мгновенно отпустили, затем Эллохар сдержанно ответил:

– Я понял, – чуть запнулся и добавил: – Мама.

Пунцовая, я взглянула на леди Тьер. Тангирра укоризненно покачала головой, прошептала мне: «Контракт, Дэя, лучший вариант в твоем случае», – и удалилась к супругу.

Еще не стих перестук ее каблучков, как послышалась тихая мелодия, затем от порога через весь зал до противоположных дверей вспыхнула золотая огненная дорожка.

– А вот и основное действо, – произнес Эллохар, вновь приобнимая меня.

Я огляделась – ни один темный лорд не позволял себе подобной фамильярности. Мягко, но настойчиво высвободилась, с интересом ожидая дальнейших событий.

– Не стоит, – магистр снова обнял, – в отличие от них, я знаю, что сейчас произойдет.

– И что же? – настороженно спросила я.

Вновь склонившись, Эллохар прошептал:

– Следи за невестой, прелесть моя… – и я было начала внимательно ожидать явления Алитерры, как магистр Смерти продолжил: – Если что-то пойдет не так, я перекину тебя в Хаос, в ту самую башню посреди пустыни Нахесса.

Замерла. Боясь дышать, страшась спросить, только тревога, нарастающая тревога не за себя – за Риана вновь сжала сердце.

Свет начал меркнуть. Медленно, мягко и неумолимо обволакивала подступившая тьма, мелодия играла на грани слуха, но в наступившей тишине была слышна отчетливо.