Замок Оборотня

И все это говорилось в процессе удержания меня на вытянутых руках, что, видимо, не доставляло лорду никакого дискомфорта.

Силен, зараза. Зато я хоть и слабая, но злая:

– А я сука, сэр Сонхейд. И как истинная сука плевать хотела на все ваши альфа-приказы!

Меня медленно опустили на траву, руки от меня убрали. Раздался вопрос:

– Тебе не нравится это определение?

– Не нравится, – тихо подтвердила.

Тишина. Затем очередной вопрос:

– Самка?

– Ссссволочь! – выругалась я.

Тишина. Спустя менее продолжительное время:

– Женщина?

С тяжелым вздохом я кивнула и сказала:

– Пойдет.

В то же мгновение меня вновь подхватили повыше талии и с тем же невозмутимо-господским видом потребовали:

– Обними меня ногами, женщина.

Поджимаю губы и только что не скриплю зубами.

– Что опять не так? – мрачно вопросил сэр Сонхейд.

– Хватит мне приказывать! – Я уже просто на грани.

Вишу, на меня мрачно смотрят.

– Ким! – Еще никто и никогда не произносил мое имя как угрозу.

Висеть и возмущаться не особо приятно, но я не собираюсь сдаваться:

– Сэр Сонхейд, – тоже угрожающе, да. – Еще раз: я женщина. Я свободная, независимая женщина, я не ваша ссс… женщина, не ваша рабыня и не гражданин вашего государства, чтобы уважать ваши законы. Так что можете говорить, петь, да хоть стихами изъясняться – подчиняться вам я не собираюсь.

Меня медленно поставили на траву.

– Вот и замечательно, – сказала я, принимая полную и безоговорочную капитуляцию психованного шотландского альфы.

– Ким… – Угроза теперь читалась в каждом его вздохе. – Я предупреждал.

Сказано было спокойно, но… ощущение, что воздух стал каким-то тяжелым и сумрачным, и нехороший такой холодок по спине.

– Знаете, – я почему-то отступила, – чисто формально – вы не предупреждали, вы заявляли о гипотетических правах и требовали ролевых игр. А еще, – я направила на него указательный палец, – вас боятся монстры… или мои галлюцинации.

Он молчал, просто глядя на меня, а я почему-то добавила:

– И я тоже вас боюсь… очень.

Усмешка, и спокойный приказ:

– Сними платье.

Кто-то говорил о страхе?

– Что? – заорала я на весь лес.

Где-то в ветвях недовольно вскрикнула птица, а потом снова наступила тишина. И едва стало тихо, альфа-псих медленно, четко разделяя не то что слова – слоги, произнес:

– Сни-ми пла-тье, жен-щи-на.