Жена воина, или Любовь на выживание

Ксана убрала подносы, женщины приступали к готовке обеда, и, попивая сок, я не могла не спросить:

– Девчонки, а вот эти женщины, которых вы сюда не пускаете, они кто? И почему не пускаете?

Ответила опять Ксана, и я так поняла, что она здесь главная:

– Так это рабы, принцесса.

– Лучше просто «Кира», – попросила я.

Женщины переглянулись, и Малея, она здесь, судя по внешности, была старше всех, сдержанно ответила:

– Вы – избранница повелителя Аэ, принцесса Киран. Когда вы примете дар его жизни, наше обращение к вам будет «повелительница Киран», таковы традиции, и менять их мы…

– «Кира», – упрямо повторила.

А потом мстительно добавила: – И кто сказал, что лично я собираюсь принимать дар жизни Эрана?

У Таллис из рук выпала здоровенная кастрюля, которую она как раз водружала на плиту. Упала с грохотом! Все разлилось и рассыпалось, но странное дело, на случившееся никто и не оглянулся, все смотрели исключительно на меня. А вот лично я смотрела на пол, на котором вмиг засветилась лужа, засветилась и… пропала.

Осталась кастрюля и идеально чистый пол… Я влезу в систему управления домом, обязательно влезу.

– Принцесса Киран, – голос Ксаны дрожал, – вы… вы не можете отказаться. Вы…

– Свободная личность, – перебила я. – Хочу – дам согласие, хочу – не дам. Я еще не решила.

– Но вы останетесь наложницей! – выдохнула Таллис.

Я нахмурилась, сложила руки на груди, и понеслось:

– В общем так, я гражданка Гаэры, а у нас нет понятия «наложница», у нас есть понятия любимая, невеста, жена и бывшая жена.

И все. Что касается термина «наложница» – он ко мне никоим образом не относится и вообще…

– Но вы наложница, – перебила меня Малея. – Вчера все ожидали вашего согласия, во дворце готовился праздник, но утром повелитель все отменил. И конечно, мы знаем о вашем непростом характере воспитанной на другой планете женщины, но, принцесса Киран, как можно столь безответственно относиться к своему будущему?

Нормально, да? Я в осадке! Нерастворимом.

– Что? – переспросила вмиг севшим голосом.

Женщины переглянулись и промолчали. Я тоже помолчала некоторое время, потом спросила:

– А что еще вы обо мне знаете?

Теперь не просто промолчали, теперь замялись. Глаза в пол, передники теребят, явно сожалеют о сказанном. Я слегка тоже пожалела, что все это услышала, но мне бы и про остальное послушать следовало.

– Слушайте, девчонки, а это вчера кто ко мне приходил? – решила выяснить я.