(не)Чужая жена

Еще и ударили! Ужас, да? А потом меня еще и в полицию забрали! Представляешь? Я думала, мне полицейские помогут, а они… Паспорт отобрали, сказали – посиди, очухайся. Я и сидела в обезьяннике и так хотела в туалет, прямо умирала! А рядом Богиня…

– Кто? Какая Богиня?

– Это прозвище такое, кличка, ее так полицейский назвал, ну… алкашка какая-то, или бомжиха, но она мне помогла! Позвала их, и они пришли.

– Кто они?

– Господи, что ты такой непонятливы! Они – сотрудники полиции. А с ними – представляешь кто? Корсар!

– Какой еще Корсар?

– Ну ты что, забыл? Не прикидывайся! Корсар! Ну то есть Корсаков! Александр Николаевич, у которого я работала.

Ты меня еще к нему дико ревновал, помнишь? Он мне помог, заставил их меня из камеры выпустить, потом потащил в туалет, на руках, представляешь? А потом…

О нет! О том, что было потом, мужу лучше не рассказывать! Мужья такие сны очень не любят! Вообще мужья не любят, когда их жен кто-то посторонний целует, даже во сне!

А мой Антон ревнивый!

Я тихонько смеюсь, представляя, как буду рассказывать моему любимому свой сон, когда проснусь и пойду готовить ему завтрак!

Он будет с аппетитом уплетать любимый омлет с беконом и, конечно, немножко тупить – ну, он всегда с утра не совсем адекватный.

Как он сам говорит – ему надо время, чтобы проснуться. И много-много кофе.

Я раньше варила ему кофе сама, а потом он купил какую-то навороченную кофемашину, сказал, что мой кофе невкусный, а вот кофемашина варит классно.

Ну что ж… Конечно, кофемашина лучше. Я не спорила. И потом, мне же проще? Зерна насыпала, молоко проверила, воду, кнопочку нажала – вуаля, утренний капучино или латте готов!

Любимый будет пить кофе, а я его развлеку рассказом о своем сне!

В предвкушении, что он будет меня ревновать.

Это же Корсар! Корсаков!

Тот Корсаков, у которого я украла документы для Антона. И который – это я потом узнала – грозился меня даже посадить, причем на приличный срок! Но Антон и его отец Илья Аскольдович меня поддержали и помогли.

Я снова слышу будильник, открываю глаза и…

Опять вижу уже знакомые стены, дешевую плитку цвета кофе с молоком.

И глаза цвета коньяка.

Корсар.

– Ты еще здесь? Я же тебя пф-ф…

– Ты что-то пила? Курила?

Господи, он вообще о чем?

Смотрю на него, как на… ну, не совсем здорового.