Значит, война!

 – Слышишь?

– А почему я должна перестать общаться со своими друзьями? – дерзко интересуюсь, выпячивая нижнюю губу. Замечаю, как Марко жадно ловит это, облизывается, как кот на сметану и щурится.

– Потому что ты моя. – отвечает в тон он, протискивая меня в узкий проем между домами. Не успеваю рассмотреть ничего вокруг, Марко сжимает мощными руками ребра, выталкивает весь воздух из груди, и целует властно в губы, желая таким образом продемонстрировать свои права.

У меня нет сил и желая с ним спорить, просто наслаждаюсь моментом и целую его в ответ.

Наши языки переплетаются в замысловатом узле, образуя связь.

Парень умеет сводить с ума. Я прижата к кирпичной стене, пахнущей историей и чем-то вроде пиццы с пармезаном, его член упирается мне в живот, вызывая волны жара по всему телу. Моей фантазии хватает, чтобы дорисовать все самое интересное.

Теряю счет времени, все вокруг блекнет. Мы долго целуемся и обнимаемся, напоминая подростков. Хотя, Марко искусно играет на струнах моего тела, касается нужных точек, заставляя меня издавать стоны и покорно ерзать под ним.

Он точно знает, что нужно сделать, чтобы довести меня до предоргазменного состояния.

Когда я становлюсь полностью податливой, Луккезе берет меня за руку, и мы возвращаемся на улочку с маленькими кафешками, где все столы застелены клетчатыми скатертями.

Марко много рассказывает о родном городе, беря на себя роль гида. Он вспоминает множество смешных историй с разными людьми с этого района, так я узнаю, что мама Марко выросла здесь и часто водила его сюда к родственникам.

Удивляюсь, что он вырос в этом бедном квартале, но ничего не говорю, мне не хочется портить момент. От смеха у меня даже начинает болеть живот. Такой Луккезе мне нравится еще больше.

– Не хочу домой. – признаюсь ему в сердцах, когда начинает темнеть. Мы сидели в пиццерии и наслаждались равиоли в апельсиновом соусе. – Не знаю, как смотреть ей в глаза, зная правду. Я не готова…

– Сегодня ты будешь ночевать у меня.

 – Марко расплачивается с официантом, оставляя космические чаевые. Паренек практически целует ему руки за такое щедрое вознаграждение.

– А что я скажу родителям? – в моей голове даже не возникает мысли, что ночевать с ним вместе неприлично. Думаю, лишь о том, как бы отпроситься.

Куриные мозги. Что сказать!

– Я сам разберусь с этим!

Глава 6. Ндрангета

Мои познания об итальянской мафии ограничивались фильмом «Крестный отец».