Ведьмочка на практике

Мимо нас прошла стайка…йети? Как ещё можно назвать человекоподобных существ, покрытых белоснежным мехом. Они шли, переговариваясь между собой, и над каждым летел небольшой аппаратик с вентилятором, обдувающий мохнатые фигуры, так, что их шерсть красиво колыхалась от лёгкого ветерка. Представляю, как им здесь жарко!

На йети никто не обращал внимания, одна я глазела на этих необычных мохнатиков. На Таеване было множество различных разумных существ, но ничего подобного там не обитало! А на Земле и подавно!

– Не стоит так пристально смотреть на йоли, иначе они решат, что вы вызываете их на брачные игры и желаете попасть в один из их гаремов.

Одёрнул меня Филлис.

– О, простите. У них такой красивый мех, а я как любая женщина, имею слабость к пушистым мехам.

Ответила, отводя взгляд. В гарем попасть я точно не желала.

– Планета, где проживают йоли самая дальняя от наших светил. На поверхности всегда минусовая температура и выжить там можно только, имея такой вот густой мех.

Понятно. Это, всего лишь, представители одной из пяти планет содружества. Поэтому на них никто не обращает внимания. Просто привыкли.

Хотела подойти ближе к фонтану, но Филлис снова одёрнул:

– Аккуратно! Смотрите под ноги! Не наступите на шуршарика!

Я так и застыла с поднятой ногой. Только сейчас заметила, что по всей площади катаются маленькие пушистые шарики, размером с мой кулак. Они были всех невообразимых цветов и оттенков.

– Оно живое?

Роза озвучила вопрос, вертевшийся у меня на языке. Подруга присела, пальцем пытаясь дотронуться до ближайшего, нежно-розового шуршарика. Спешивший по своим неведомым делам пушистый колобок остановился, словно принюхиваясь к протянутой к нему руке. Затем медленно подкатился ближе. Роза положила ладонь на землю и шуршарик забрался на неё.

– Какой красивый!

Не удержавшись, я погладила пальцем мягкий, словно плюшевый комочек и тот вдруг тихонько заурчал, словно маленький котёнок.

– Ему нравится!

Словно подтверждая мои слова, шуршарик потёрся о ладонь Розы, прося ещё одну порцию ласки. Мы в две руки принялись наглаживать эту мимимишную милоту.

– Какая прелесть!

Розальва нехотя отпустила малыша назад, на землю.