Пандемия любви

Вместо обычных бурных приветствий или хотя бы извинений за устроенный переполох, гость буквально рухнул у порога на корточки и уткнулся головой в колени.

– Всё, мне кирдык! – прошептал он еле слышно, терзая руками свою и без того вечно всклокоченную шевелюру. Но сегодня она выглядела так, словно её обладателя всё утро трепала стая разъярённых обезьян. – На сей раз доездился!

Веник всегда отличался неадекватностью реакции, но таким я его видела впервые.

Сердчишко моё нехорошо ёкнуло.

– Ты что, сбил кого-то?! – спросила я, приходя в ужас от своей догадки.

– Хуже.

– Да что же может быть хуже-то, господи?!

– Машину раздолбал папашину, «мерин» его дурацкий! Всю морду снёс! Он, когда в командировку уезжал, сказал мне: «Убью, даже если просто в гараже появишься!» Я, в принципе, и не собирался, но тут, как назло, у «тойоты» моей движок скис, а без колёс – как без ног, сама знаешь… – Веник горестно замолчал и принялся дёргать себя за волосы с удвоенной силой.

 – Ну вот, дай, думаю, съезжу разок, проветрюсь. Вот и съездил. Кошка прямо под колёса кинулась, а у меня духу не хватило переехать её, проклятую. Я даже затормозить толком не успел, прямо на всём скаку в бетонную тумбу и впилился.

Схожесть нашей проблемы до того развеселила меня, что я вдруг совершенно неуместно захихикала.

– Ты чего смеёшься-то? – подскочил Венька.

– Извини, не хотела. Просто я сама вчера свою «копейку» в лучший мир отправила.

– Какая, к чёрту, «копейка»? – махнул рукой Венька. – Ты хоть прикидываешь, сколько он стоит-то?! Да за такие бабки всю площадь можно «копейками» уставить и ещё соседний переулок прихватить!

Вот тут я ужасно разозлилась.

– Ах ты, дрянь такая, – говорю, – значит, хочешь, чтобы я посочувствовала, что ты свои тачки дорогущие от безделья колотишь налево-направо, как пасхальные яйца, и не отвлекала ваше высочайшее внимание на свои мелкие, незначительные проблемки? А ну марш из моей квартиры, и чтоб духу твоего здесь больше…

Венька не дал мне договорить.

Он обхватил меня руками и по-детски ткнулся лбом в моё плечо.

– Прости меня, слышишь? – заныл он, – Ну прости, ладно?.. Я сам не знаю, что плету, идиот.