Инстинкт Убийцы. Книга 3. Остров Черной вдовы

Можешь немного подурить, но всему должен быть предел.

Да, что неизменно и окончательно, так это ее позиция – она не уступит. Я ничего не требую, подумала она, но и требований не потерплю, либо мы делим поле поровну, и ты не суешься на мою половину, либо мы не играем в эту игру. А в другие игры со мной лучше не играть, подумала она и буквально ощутила, как температура в ее сердце упала градусов на 100. Любовь – это не война. Да, не война, подумала она, именно поэтому правила будут такими – чтобы не превратить то, что может быть настоящим в подделку.

Она встала, злая и на себя, и на него, в душе всё смешалось, как после торнадо, любовь, злость, ненависть и страх, желание перемен и желание неизменности. Чем больше она думала и пыталась понять, тем больше запутывалась, и это просто бесило. Не могла она жить без логики, без контроля, а сейчас и то, и другое не имело ни силы, ни смысла. Ей хотелось кричать и швырять всё, что попадется под руку, но в доме спали два мальчика, один из которых был ее сыном, и меньше всего она хотела, чтобы он видел эту ее сторону.

Она любила этого человечка, любила всем сердцем и по-настоящему, с ним она могла позволить себе снова быть живой. И разве это не втягивание в ту же ловушку? И внезапно до нее дошло, озарение вспыхнуло, как молния в сопровождении грома темной ночью, и осветило то, что пряталось во тьме.

– Любить того, кто слабее – легко, – прошептала она, садясь на подоконник и вглядываясь в ночь, – и так трудно любить равного себе. Даже решиться на это трудно.

Все голоса в голове смолкли, как будто переваривали новое открытие, и только в сердце что-то тихонько ворочалось и стонало. Не смотря на все свои страхи и протесты, Фатима ощущала нехватку, такую острую и необъяснимую, как будто кто-то выдернул часть ее души и унес с собой, а там, в образовавшейся пустоте, свистел ледяной ветер. Это чувство потери было таким сильным, что хотелось кричать, хотелось отдать всё, лишь бы быстрее заполнить пустоту, вернуть то, что было утрачено, вернуть тепло.

Но, к счастью, это чувство было настолько же непродолжительным, насколько и сильным. Оно уходило, иногда казалось, что навсегда, а потом вдруг возвращалось, обрушивалось на нее, терзало и раздирало на части.

Любовь – это болезнь, подумала Фатима, вот что это такое. И если она настоящая, то она вернется, от нее не излечиться. Можешь тешить себя иллюзией в период ремиссии, но она затаилась и ждет, она никуда не делась, и ты всё так же больна.