Корона из шипов и тайн

Силуэт то расплывался, то собирался вновь в одно целое. Частички тьмы уплывали прочь, словно бы любое движение воздуха разбивало её целостность.

С жадностью, чернь подалась вперёд, склоняясь над телом хрупкой девушки. Ноздри, сотканные из тьмы, затрепетали, втягивая тягучий и манящий аромат света жизненной силы, столь много его в ней было. Тьма не то зашипела, не то заурчала предвкушающе, однако вовремя себя одёрнула, хозяин будет зол, если сосуд выпьют.

Лишь глоток, вот всё, что силуэт мог себе позволить. Один глоток.

Тьма заклубилась сильнее, уплотняясь, и склонилась над спящей.

Силуэт не был человеком или животным, его даже нельзя было назвать живым, однако голод терзал его ничуть не хуже всех сущих. Чёрная, зияющая тьмой впадина вместо рта раскрылась и вдохнула. Частицы света, словно невесомые белёсые огоньки, потекли прямо из груди девушки, поднимаясь вверх, влекомые голодом тьмы.

Девушка застонала, уголки её губ изогнулись вниз, а худые руки с длинными пальцами сжались в кулаки и упёрлись в одеяло.

Из под опущенных ресниц покатились слёзы, а на теле выступила испарина. Морок сновидения отступал и она пробуждалась.

Глаза приоткрылись, однако за пеленой влаги ничего не было видно. Лишь чувствовалось изнеможение в теле, да такое, что и руки не поднять, чтобы утереть глаза.

Возле уха раздалось шипение и девушка, оглушённая и всё ещё не до конца проснувшаяся, медленно моргнула, переводя взгляд во тьму, прямо на силуэт возвышающийся рядом с кроватью.

Сердце даже не дрогнуло от страха, а тело как будто окоченело.

Секунды растягивались, плавно перетекая одна в другую, как тягучий мёд, а силуэт и девушка всё глядели друг на друга, не шевелясь и не издавая ни звука.

– Я наш-ш-шел тебя, девочка. Хозяин будет доволен.– Наконец-то прошипела тьма, стремительно сливаясь с тенями, прежде чем комнату заполнил яркий искусственный свет.

***

– Лу!– окрикнула Тара, бросая взгляд на старые настенные часы, декорированные картонным чайником по центру.

Никакого ответа.

Женщина выключила воду в умывальнике, поставила тарелку в сушилку и прихватив линяло-розовое полотенце для рук, направилась в единственную отделённую стеной комнату в их квартирке. Вытерев руки она включила свет в спальне и потянула ручку, открывая скрипучую дверь. Луна лежала на спине с широко распахнутыми глазами и казалось, даже не дышала. Тара нахмурила тёмные брови, от чего на лбу образовалось несколько глубоких морщин и перевела взгляд на выключенный ночник.