Проклятие Темного

Я хочу уехать, а если про меня станет известно, то без головы далеко не уедешь.

– Твоя безопасность была бы моей заботой.

– Знаю, и это ещё одна из причин. Мне пора.

– Я провожу.

Мы вернулись так же, как и пришли. Я хотела попрощаться раньше, но Ансэль проводил до выхода из леса. Только когда стали виднеться постройки, мы попрощались.

На улице уже было светло, если отец дома, придётся объясниться, почему я в таком виде и только вернулась. Скорее всего, он и сам догадается, что всё дело в моем увлечении травами.

На подходе к дому стояла тишина, душу грело, что проблема была решена, мешочек с золотом висел, привязанный сбоку под накидкой. Сегодня мы расплатимся со всем, и нужно подумать о лицензии, рисковать вновь не стоит. Из головы не выходили слова гвардейца, что за мной будут следить более тщательно, его интерес к товару тоже не остался незамеченным.

За дверью было шумно, раздавались голоса. Странно, гости в такое время? Я зашла внутрь, сбросила капюшон и замерла, в доме были гвардейцы.

Лиц также не было видно под мантиями, но не узнать их после вчерашней встречи было невозможно. Один стоял около входной двери, я чувствовала на себе его взгляд.

– Доброе утро, господа, – я прошла к отцу и тронула его за локоть, стараясь не смотреть на гвардейцев и говорить как можно тише. – Что происходит?

Отец был бледен, но старался держаться мужественно.

– Всё в порядке, сейчас мы всё решим, и господа уйдут. Иди к себе, Катарина.

Значит, про штраф отец не знает, иначе бы он не просил меня оставить их.

Ослушаться было сложно, дело не в том, что отец также считал, что женщина не имеет никаких прав, нет, но показать это при других людях, особенно при гвардейцах Тёмного, неразумно. Оставить отца наедине с ними, понимая, что не всё в порядке, я не могла, к тому же, если речь зайдёт о штрафе, мне лучше быть здесь.

Я прошла к вешалке, возле которой расположился другой гвардеец, сняла накидку и сумку, что была со мной. Вид мой, мягко говоря, потрёпанный после ковыряний в земле, а затем блужданий по густому лесу, предстал на всеобщее обозрение.

Только сейчас я поняла: лучше бы сначала переоделась или вовсе не снимала накидку, которая скрывала всё это, но принимать другое решение было поздно.

Вытащив лист куста из светло-каштановой косы, я вернулась к отцу, важно было, чтобы он чувствовал, что не один.

Видимо, осознав, что уходить я не собираюсь, они продолжили с того, на чем остановились.