Дагмара

И все-таки меня посещало чувство вины перед Николаем за то, что в то время, как он мучается, я неплохо провожу время в компании другого молодого человека.

Врачи стали часто поить Николая морфином, поэтому большую часть суток он пребывал в состоянии глубокого сна, что сопутствовало нашему сближению с его родственником. Мы провели бесчисленное множество времени за разговорами, каждый из которых начинался в основном с обсуждения погоды, а заканчивался всегда дискуссией о чем-то интересовавшем нас обоих. В первые дни наши беседы происходили в саду лечебницы, однако вскоре незамысловатые ландшафты поднадоели, тогда мы стали проводить время в прогулках по городу и окрестностям.

Вдруг обнаружилось, что мысли наши часто пересекаются. Чем больше Александр рассказывал о своей жизни, тем больше эти истории занимали мой ум. Надо думать, моя жизнь проходила куда менее интересно, нежели его, поэтому рассказы вел чаще он, а я была его безропотной слушательницей. Говорил он весьма красноречиво, мелодичным тембром, с живостью эмоций.

– Знаете, я, когда увидел вас тут, страшно заревновал брата, – беззастенчиво обратился он как-то вечером, когда мы вышли прогуляться на берег после тяжелого дня, проведенного у постели больного. – Подумалось: «Да кто она такая, что приехала без приглашения ухаживать за Николаем. Это должен делать я! А этой девушки вообще тут быть не должно. Ну, кто она ему? Они едва знакомы». Мои мысли были эгоистичны, прошу меня извинить. Я очень привязан к брату и всегда считал, что мы самые близкие друг для друга люди, а тут вы, проводящая с ним сутки напролет.

Представьте мою ярость. Потом я осознал, что вы для Никсы все, и, вероятно, теперь именно вы стали для него ближайшим человеком. Он безмерно дорожит вами. Когда мы остаемся наедине с ним, единственная, о ком он говорит, это вы. Похвала, слова восхищения, да и только.

Признание князя несколько смутило меня, и на какое-то время я замолчала. Но он явно ждал реакции и не собирался продолжать беседу до тех пор, пока я не отвечу хоть что-нибудь.

– Скажу честно, и я приняла весть о вашем приезде без энтузиазма. Посчитала, что вы помешаете нам насладиться обществом друг друга, будете третьим лишним. К тому же, увидев вас впервые, я почему-то решила, что вы груб и дерзок. Вскоре я поменяла свое мнение, вы вели себя учтиво и сумели завоевать мое расположение.

– О, и я счел вас несносной унылой девчонкой поначалу, уж простите.