Тот, кто срывает цветы

Впереди носились машины, светофор отчаянно пылал красным. Ноги меня не слушались, они казались ватными, но я продолжал бежать. Дорога была широкой, поток машин – диким; я вылетел на проезжую часть, и чуть не угодил под колеса черному «плимуту». Раздался оглушительный скрип тормозов, как в тот день, когда погиб Фрэнсис. «Плимут» сдал назад, оставляя на дороге длинные темные полосы – отпечатки колес. Я бросился влево и завертел головой в поисках Оскара, но его нигде не было видно. Со всех сторон на меня сыпались ругательства, машины тормозили под невообразимыми углами, каким-то чудом не врезаясь друг в друга.

Впереди кто-то озверело сигналил, и я увидел Оскара, который петлял ближе к краю дороги. Я выдохнул с облегчением, но в следующую секунду меня парализовало от страха, потому что на Оскара летел огромный красный «мустанг», который явно не собирался останавливаться. У меня скрутило желудок, я побежал вперед и тут же налетел на какую-то машину, кубарем перекатился через ее капот и рухнул прямо на дорогу. На пару секунд я выпал из реальности, оглушенный болью, вспыхнувшей в правом предплечье и сплетением громких звуков.

Оскар!

Светофор загорелся зеленым, и движение остановилось. Покачиваясь, я поднялся на ноги и поспешил к тому месту, где только что видел свою собаку. Я до смерти боялся, что не успел.

– Эй!

Я обернулся на голос. У светофора стоял парень, а у него на руках сидел зашуганный Оскар. Я в жизни не испытывал такого облегчения.

– Спасибо, – выдохнул я, когда поравнялся с незнакомцем, и мы с ним отошли подальше от дороги.

– Гони деньги за свою шавку.

Я опешил.

– Чего?

– Если бы не я, то от пса бы ничего не осталось.

Передо мной стоял парень примерно моего возраста – коротко стриженный, худощавый, одетый в какие-то обноски; взгляд у него был тяжелым и гордым, а сами глаза – серыми, точно пепел на месте осенних костров.

– Чего уставился? Оглох что ли?

Он держался уверенно, смотрел на меня с вызовом, но вид у него был какой-то изнеможенный – губы в трещинах, лицо бледное.

Я подумал, что он, должно быть, очень голоден.

– Слушай, я благодарен тебе за то, что ты спас мою собаку, но платить я тебе не стану. Что скажешь, если я угощу тебя пивом и карривурстом?[28 - Карривурст – популярное в Германии изделие фастфуда.]

Он пристально посмотрел на меня, а потом пожал плечами.

– Валяй.

Его звали Ойгеном – он вяло представился мне, когда мы брели по узкому тротуару.