Эрис Кронф. Обещанная небу

Глупые, неграмотные людишки не понимали природу и все величие этих существ, испытывая при встрече с ними лишь страх. Больше ста лет назад они устроили великую охоту на детей Боли, надеясь истребить их всех. Точно неизвестно скольких существ они погубили тогда, говорили, что уничтожили и сожгли всех, – старик погрузился в свои воспоминания, явно представляя события давно минувших дней. – Многих крестьян забрали на поиски чудовищ из нашей деревни. Но из сотни отправившихся на охоту людей, вернулись немногие, а те, кто вернулся стали иными.

С обезумившими глазами они рассказывали о битве, случившейся в лесной пещере, в глубине которой они нашли логово Боли.

Звери мирно спали, свесившись со сводов пещеры вниз головой, ожидая ночи и новой охоты. Крестьяне начали кромсать их спящие тела, но вскоре поняли, что убить их не так просто, тела зверей были тверже скалы, из которой состояло их убежище. В отчаянии и гневе люди забыли о времени, и закат настиг их внезапно. С заходом последнего луча солнца ночные твари проснулись, открыв свои змеиные глаза, они без пощады накинулись на своих убийц.

Немногим удалось выбраться из пещеры живыми, а те, что вырвались, были обречены на безумие.

– Почему выжившие были обречены на безумие? – тихо спросила Эрис, но не получила ответа.

Старик все время своего рассказа помешивал на огне печи подозрительное варево. По всей видимости, предназначавшееся для позднего ужина. К концу рассказа, еда была готова, и он, не обращая внимания на расспросы Эрис, принялся разливать подобие деревенской похлебки в миски.

Когда варево было разлито, а миски поставлены на пыльный стол, он посмотрел на Эрис и привычно ухмыльнулся.

– Неужели милая леди боится таких историй? Ваша мать рассказывала сказки только со счастливым концом? – старику нравилось зло подшучивать над ней. – Садитесь ужинать, я слышу, как урчат от голода ваши животы.

Эрис схватилась за живот, который действительно последние часы настойчиво требовал еды.

Нехотя она села за стол напротив Алекса и поводила ложкой в похлебке. Содержимое миски не внушало ей доверия, это была непонятная масса из овощей с запахом старого жира. С отвращением она увидела, как какое-то насекомое плавает в этом вареве, и прикрыла рот рукой, чтобы скрыть приступ тошноты. Каково было ее удивление, когда она заметила, что Алекс ест это! Пусть с неохотой, но, тем не менее, он уверенно поглощал содержимое миски.