Елизавета Йоркская. Последняя Белая роза

Сегодня он находился здесь, широкий в плечах и величавый в своем траурном наряде. Лорд Стэнли тоже ободряюще улыбнулся Елизавете.

Вернувшись на свое место, принцесса наблюдала, как тела герцогов Йорка и Ратленда погребли в церкви, где отец планировал устроить для них прекрасные гробницы. Наконец церемония завершилась, и все ее участники вышли на солнечный свет, чтобы приветствовать собравшийся люд. Король и королева стали раздавать милостыню, Елизавета с Марией помогали им, вежливо разговаривая с теми, кто получал дары.

Потом им позволили толкаться среди гостей и наслаждаться пиром, устроенным под навесами и в павильонах вдоль дороги, а также на просторном церковном дворе. Королевские повара превзошли самих себя: на столах стояли блюда с каплунами, лебедями, цаплями, кроликами и прочим вкусным мясом. Пир продолжался до позднего вечера, большинство мужчин изрядно напились, мать взирала на это хмуро и в конце концов велела Елизавете и Марии идти спать.

– Мне нравится леди Стэнли, – сказала на следующий день Елизавета за обедом с родителями, который подали в солнечной гостиной в личных покоях матери.

– Она хорошая женщина, – согласился отец, отрезая себе еще кусок мяса. – Но у нее большие амбиции в отношении своего сына.

– Разве он не в Бретани?

– В Бретани, его отправил туда дядя Джаспер Тюдор после Тьюксбери, и теперь он при дворе герцога Франциска. Ему, пожалуй, уже лет двадцать.

– Наверное, его матери хотелось бы, чтобы он был с нею, – задумчиво проговорила Елизавета.

– Жизнь стала бы намного легче. – Король вздохнул. – Тогда я мог бы приглядывать за ним. Находясь за границей, он свободен плести интриги против меня. Кроме него, никого больше не осталось в живых из потомков Генриха Шестого, и я боюсь, он жаждет завладеть моим троном.

Мать резко втянула в себя воздух.

– Как он смеет! – вскричала Елизавета.

Отец взял себе еще кусок пирога с голубятиной.

– Он считает, что имеет на трон больше прав.

Со стороны матери Генрих – потомок короля Эдуарда Третьего…

– Из числа бастардов! – перебила его мать. – Бофорты происходят от детей Екатерины Суинфорд, которых она родила Джону Гонту до того, как они поженились.

Джон Гонт был младшим сыном Эдуарда Третьего и родоначальником дома Ланкастеров, а вот о Екатерине Суинфорд Елизавета ничего не слышала.

– Они были узаконены, когда Гонт женился на ней, – объяснил отец. – Леди Стэнли – их правнучка.