Елизавета Йоркская. Последняя Белая роза

С королевскими браками всегда царила полная неопределенность, договоры регулярно разрывали или нарушали, если появлялось лучшее предложение. Ее будущее оставалось туманным, и, как бы ни терзала ее совесть, она этому радовалась.

Однажды в жаркий августовский день король присоединился к королеве и детям в ее личном саду, его красивое лицо сияло от радости.

– Мария Бургундская вышла замуж за Максимилиана Австрийского, – объявил он. – Он – супруг, которого выбрал для нее отец.

Мать ахнула.

– Кто такой Матимилян? – пролепетал Йорк.

– Сын императора Священной Римской империи. – Король тяжело опустился на каменную скамью, где сидели за вышиванием королева и Елизавета. – Мы должны благодарить за это тетю Маргариту. Она неутомимо трудилась, чтобы изгнать французов из Бургундии, и победила. Это потрясающая новость, так как Максимилиан дал ясно понять, что не потерпит присутствия чужаков и намерен вытеснить их. Хотелось бы мне увидеть выражение лица Людовика, когда он узнал об этом браке. Помяните мои слова: теперь он снова повернется к Англии и заговорит о дружбе! Мои агенты сообщают, что Людовик опасается, как бы я не выдал вас, Бесси, замуж за кого-нибудь из императорского дома и таким образом не заключил бы новый союз, на этот раз с Бургундией против Франции.

Людовик спешно выстраивает различные стратегии с целью не допустить этого. – Эдуард, весьма довольный, потер руки.

– Единственный способ для него противостоять вашему сближению с Бургундией – это сохранить союз с нами, – сказала мать.

– Вот именно. – Отец усмехнулся. – Такое ощущение, что свадьба все-таки состоится, Бесси!

Сердце Елизаветы упало.

Она пришла в крайнее изумление, когда мать сообщила ей, что четырехлетний Йорк скоро женится. Первой ее мыслью было: Господи, пожалей эту бедную девушку, его нареченную, потому что принц был шаловливым и буйным чертенком, который верховодил в детской благодаря своему очарованию и упрямству.

– Невеста, которую выбрал ему ваш отец, – Анна Моубрей, наследница покойного герцога Норфолка.

Ей пять лет, так что они близки по возрасту, и девочка очень мила. Брак принесет Йорку богатые поместья Норфолка и обеспечит его будущее.

Елизавета подавила улыбку. Йорку никакого дела не будет до миловидности маленькой девочки или обширности земель, которые ему достанутся; как все маленькие мальчики, он был до страсти увлечен военными играми и старался увиливать от уроков.

– Они еще такие юные, – сказала Елизавета.