По высочайшему велению

Потому и сейчас, глядя в настороженно-колючие, готовые к дерзости глаза сына, невольно медлил.

– Владимир… Нам с Александром Павловичем нужна твоя помощь… Видишь ли… Нам кажется, что с одним из твоих знакомых произошло несчастье…

Молодой человек продолжал настороженно смотреть на отца, лишь, казалось, плечи чуть поникли, и поза стала немного свободнее.

– Я хочу попросить тебя о не очень приятном одолжении. Нам важно выяснить личность трагически погибшего сегодня утром человека, и мне кажется, что ты сумеешь нам помочь…

– Я? Почему я?

– Среди его вещей был найден листок с именами.

В том числе и с твоим.

* * *

Между тем ближе к вечеру в полицейской части стало гораздо многолюднее, поэтому в покойницкую приходилось прокладывать себе дорогу уже чуть ли не плечами. В коридорах сидели заявители, сновали курьерские, деловито передвигались приставы. На первом этаже, почти на самой лестнице в подвал, делегация чуть было не столкнулась с караульным, сопровождавшим молодого человека в приличной одежде, но слегка помятого вида, как если б он спал не раздеваясь, и с сильным запахом вчерашнего веселья.

Филиппов-младший задержал взгляд на конвоируемом, но тот молча прошествовал мимо, не поднимая глаз.

Картина, представшая перед ними в морге, мало чем отличалась от послеобеденной: доктор так же мыл руки, видимо, закончив свою работу, и только самоубийца был накрыт простыней полностью, с головой.

– Володя… Я еще раз извиняюсь за то, что вынуждаю тебя участвовать в этой неприятной процедуре, но ты можешь существенно облегчить нам труд.

 – Владимир Гаврилович откинул с лица покойного покрывало.

– Это он его, да? – Взгляд юноши застыл на бледном, почти белом лице.

– Кто?

– Мазуров. Мы встретили его на лестнице.

* * *

Рассказ про Мазурова занял у Владимира всего несколько минут, но имел весьма значительные последствия.

– Они с Сергеем очень дружны были. Ну, так говорили. Этот человек на столе – Сергей Зимин. Он несколько лет назад окончил университет и остался преподавать.

А Мазуров был его студентом. По слухам, они состояли в каком-то политическом кружке. Я не знаю подробностей.

– Владимир Владимирович, почему вы решили, что этот Мазуров убил Зимина? Они враждовали? – Свиридов внимательно смотрел на юношу, но тот по-прежнему не отрывал взгляда от лица лежащего на столе человека.

– Не совсем. Они дружили, я же говорил. Мы не были коротко знакомы, но часто виделись в университете, пересекались на учебных судах.