Случай в зелёной зоне

Некоторое время, оставив карасей без должного внимания, пытаясь заглянуть за горизонт, я думал о превратностях судьбы: вот так, живёшь себе, живёшь… А тут тебя за лоб… а Николай Иваныча и вовсе!.. Но, несмотря на превалировавший в мыслях минор, рыбалка помогла; несколько успокоившись, я удочку смотал, пожелал спокойной ночи карасям, пожелал её заранее себе. Но уже на подходе к месту моего обитания одним местом почуял, а затем и увидел, и понял, что кое-чего из передряг, отпущенных на нынешний день, судьба приберегла мне на вечер.

Внешне всё выглядело совершенно невинно, возле калитки стояло авто. Что само по себе в наше время не редкость. Внушала опасение начинка в виде явно намеренно помещённой у заднего стекла салона полицейской форменной фуражки. Засада? На меня? Фуражка с кокардой ясно указывала на ведомство, которому авто принадлежало. Что ясно говорило, за здорово живёшь, без внимания органы меня не оставят. Продолжала зеленеть трава, синело в том же духе небо. Не исключено, полицейские заблудились, на дачу вошли с единственной целью попросить водицы и узнать дорогу.

А то, что не постучали, так, может, и стучали, ввиду отсутствия стука я просто слышать не мог.

Повторяю, безмятежно зеленела листва. Да и на засаду, о которой я вначале подумал, было не похоже, иначе так нахально у калитки бы не встали. А с другой стороны – на то и расчёт! И я, вскипев от возмущения (пусть вяжут!..) пнул торчавшие со стороны водителя чьи-то официальные ноги.

В машине ойкнуло, ноги убрались. И появилась голова.

Мордвинова. С которым мы… Который мне ещё с утра… Я отдуваюсь, отбиваюсь! Он же в это время улыбался. От кутузки, правда, «отбоярил», но это ему права не даёт!.. Тем более, что это могло быть тактическим ходом. Не важно, куда и во что, но могло. Хотя бы, с целью за мной проследить.

Архивная справка: Виталий Игнатьевич Мордвинов. Тридцать пять лет. Во времена оные окончил архитектурный факультет строительного института. Окончил хорошо, вторым на курсе (первым распределялся староста), но поархитектурить не пришлось, к окончанию института Мордвинов уже женат, семье нужна нормальная зарплата.

И Виталий-свет-Игнатьевич, переобувшись в сапоги и засучив рукава, окунается в прикладное строительство. Много ли он настроил, мало ли, но ко времени, как начал в новом для себя деле более или менее понимать, разбираться, вдруг с удивлением обнаружил, что не всё в порядке в королевстве Датском, по бумажкам, что регулярно подписывал, было одно, на деле же было другое.