Капитан Брейн

С другими судами, которые они собирались захватить, разумеется, да, всем пиратам приходилось иногда сражаться сообща, но чтобы вот так, когда, возможно, придётся убивать своих же… Многие пираты имели друзей на разных кораблях Братства. Им было не по нутру сражаться с теми, кто мог стоять с ними плечом к плечу в морских набегах. И приказ Фагунды, словно бы, повис в воздухе.

Себастьян посмотрел на своего старшего помощника, потом на остальных пиратов, неподвижно стоявших на палубе. Его рот перекосился от ярости, и Фагунда хрипло выдавил:

– Что?! Неужели, мятеж!?

Ответом ему было гробовое молчание.

В это время за кормой возникла громада галеона «Пламя Феникса». Уже можно было разглядеть пиратов, сновавших по его палубе, и готовивших абордажные крюки. Послышалось звонкое бряцание оружия. На мостике стоял Брюлл, чью седую бороду невозможно было не заметить среди окружавших его головорезов.

– А, ну, спустить паруса, караси дохлые! – донёсся громоподобный голос старого пирата.

Фагунда обернулся.

Его глаза прищурились. Он понимал, что теперь всё потеряно, и с поистине дьявольской изобретательностью решил попытаться повернуть дело в свою пользу. Каким образом объяснить свои действия, Себастьян ещё не придумал, но уже начал изображать покорность словам предводителя Вольного Братства. Он кивнул остальным своим подчинённым и сказал:

– Паруса на гитовы. Выполняйте.

Хагги развернулся и махнул рукой.

– Все вахтенные, к вантам! Паруса на гитовы! Шевелитесь, шевелитесь!

Через несколько мгновений «Ночная Ведьма» начала сбавлять ход.

Догнавший её галеон Брюлла, выбросил абордажные крюки, зацепляя ими планшир, и оба судна стали подтягиваться вплотную друг к другу. Через оба борта перекинули трап, и Брюлл первым спрыгнул на палубу «Ночной Ведьмы». Стоявший среди пиратов Старый Томми, увидев, что Брейн последовал за ним, выхватил у одного из зазевавшихся молодых моряков короткую абордажную саблю и тоже устремился по трапу.

– Ты стрелял в мой корабль, негодяй! – хриплым от едва сдерживаемой ярости голосом, проговорил Брюлл.

Подойдя к Себастьяну, старый пират от души ударил его эфесом шпаги в лицо. Нижняя губа Фагунды треснула, подбородок окрасился кровью, и он опрокинулся на палубу.

Ни один из членов команды Себастьяна не пошевелился, глядя как пылает злобой лицо Брюлла. Фагунда медленно поднялся, вытирая кровь, и, смиренно склонив голову, сказал:

– Это был предупредительный выстрел, милорд.