Капитан Брейн

Я понимаю ваше негодование, и знаю, что поступил неразумно, но я не хотел, чтобы ваш галеон подходил к нам.

Глаза Брюлла подозрительно сузились.

– И что же такого страшного случилось на «Ночной Ведьме», что мы не должны были приближаться? – тихим, не сулящим ничего хорошего, голосом спросил он. – Только не говори, будто твои молодцы подцепили что-то от портовых девок в Мальдеке!

Стоявшие вокруг пираты захохотали. Фагунда подождал, пока смех затихнет и покачал головой.

– Нет, милорд, – ответил он, покосившись на своего старшего помощника. – Если бы дело было только в этом, я бы сам сбросил этих болванов в море. У нас на борту есть опасный груз, милорд. Очень опасный. Именно поэтому я…

– И что это за груз? – перебил его Брюлл. – Две тонны ратерийского рома?

Снова раздался хохот. Себастьян тоже позволил себе слегка улыбнуться. Первый порыв гнева старого пирата прошёл, и теперь можно было не тревожиться, что его вздёрнут на рее.

По своему обыкновению, Фагунда умел повернуть саму суть разговора в нужное ему русло, чтобы избежать больших неприятностей. И он надеялся на своё умение и сейчас. Когда хохот снова стих, Себастьян сказал:

– Увы, милорд, этот груз будет намного опаснее любого напитка.

– Да ну? – Брюлл обернулся и весело кивнул стоявшим подле него Мартину и старпому Грэйфу. – Я теряюсь в догадках.

И что же это?

– Вампир, милорд.

Лицо Хагги, который находился рядом с Фагундой, вытянулось от величайшего изумления.

Он никогда бы не смог подумать, что его капитан, столь трепетно относившийся к порученному им делу, так быстро решил раскрыть его. И его изумление, ясно отпечатавшееся на лице, не ускользнуло от взгляда Брейна.

– Вампир? – произнёс Брюлл. – Это, что, шутка?

Кто-то из пиратов хохотнул. Но его смех уже никто не поддержал.

– Нет, милорд, – сказал Фагунда. – Это не шутка. Она внизу.

Брови старого пирата ласточками взлетели вверх.

– Она?!!

***

Висевшая на цепях пленница не могла знать, что же именно происходит на верхней палубе. Когда Фагунда ушёл, он оставил болтающийся на рукоятке кинжала Амулет Крови, видимо, подозревая герцогиню в возможной попытке освободиться от своих оков.