Сила, способная изменить мир. Воля

Чародейка с трудом представляла, сколько нужно времени чтобы добыть те самые билеты на поезд и неясно было, сколько ещё ждать.

Даррен тем временем выжидательно на неё смотрел, протягивая ладонь. Анью всмотрелась в лицо нежданного и крайне навязчивого собеседника. Мужчина был молод, но явно потрёпан жизнью. На смуглой от загара коже то там, то тут выделялись тонкие белёсые полоски шрамов. Внимательный взгляд серых глаз будто пытался проникнуть под кожу. На щеках и подбородке мужчины проступала светлая короткая щетина.

– Пойдём, тебе понравится, ушастенькая.

Эта улыбка, вероятно, должна была завлекать и интриговать, вот только всё это больше напоминало попытку заманить её в укромное место чтобы… Чтобы что, Анью не могла понять. Ограбить? Убить? Вот только чтобы причинить ей хоть какой-то вред нужно пару сотен таких идиотов и то успешный исход не гарантирован.

– И что же мне там понравится? – она смерила человека раздраженным взглядом.

– Лучший вид на прибывающий поезд, – с такой интонацией впору было положить к её ногам целый мир, а не видовую площадку.

– Всего-то?! – возмутилась Энвиса. – И почему к тебе притягивает таких…

Анью усмехнулась, посылая эмоцию любопытства, но уточнять даро отказалась, удалившись в подсознание. Чародейка улавливала отголоски какой-то странной решимости Энвисы, но уточнять не стала.

– Только потому, что мне скучно, – она кивнула мужчине, но руку не подала.

– Что?! Ты умом тронулась? Давно ты стала принимать предложения подозрительных незнакомцев?!

Анью лишь спокойно улыбалась, ничем не выдавая внутренний спор с второй душой.

Она ловко увернулась от попытки положить руку себе на плечи и выжидательно смотрела на мужчину. Даррен кивнул, принимая её правила, и указал на неприметный проход между зданием вокзала и какими-то складами. По пути он подхватил стоящий у стены длинный футляр, перекидывая ремень через плечо. Анью внимательно осмотрела предмет – не было похоже, что внутри какой-то музыкальный инструмент. Да и пах чехол порохом.

Они спокойно вышли из оцепления. Гвардейцы ничего не сказали, лишь молча кивнули её провожатому. Вместо привычных утоптанных дорожек или брусчатки под ногами лежали листы ржавого металла, присыпанные песком. Бунтующих в округе не было, но до неё всё равно долетали отголоски протеста. Кричали люди громче, чем до этого.

Даррен вывел её за границу Железной гавани. Ветер поднимал в воздух облака пыли. Мужчина натянул на лицо шейный платок и опустил шляпу ниже на лицо.