Четверо

Здесь открывается множество возможностей для курортного строительства.

В 1932 году здесь построен санаторий «Береговой» для работников науки и культуры. В 1933 году в городе открыт ДК им. Ленина.

В городе действует больница, построенная в 1931 году.

Белый Маяк развивается как туристический центр для отдыхающих со всей страны. Здесь работают станции для конного туризма по горным тропам. Летом 1934 года организована экскурсионная база для премированных ударников учёбы Союза.

В Белом Маяке хороший галечный пляж.

* * *

– Такой у нас городок, – рассказывал Колесов, пока они шли. – Народ спокойный, тихий. В основном татары, конечно, русских поменьше. Кстати, если от магазина пройти чуть выше, будет местный рынок, там свежие фрукты, инжир, виноград… Местные в основном рыбачат да в совхозе работают. Вы, это, не думайте, что товарищ Охримчук тут глотку заливает. Он так-то вообще не пьёт, да нервы у всех на пределе сейчас. Пошутить любит. Нас сейчас горком сильно прижал, вот и вас прислали…

– Я никогда не был в Крыму, – признался Введенский.

 – Только неделю назад впервые увидел Чёрное море.

– Так я и сам не местный, – ответил Колесов. – Я вообще в Подмосковье родился. В деревне Крюково. Потом в Москву поехал учиться. Ну и здесь уж оказался. У меня тут жена, сын родился в прошлом году… Тут, знаете, очень спокойно всегда было. Бандитов, недобитков белых, в начале тридцатых с концами пришибли, с тех пор тут тишь да гладь. Интеллигенции много, профессора всякие дачек тут получили от государства, живут себе спокойно.

Ну, местные, конечно, бывает, жару зададут, но это такое – прибьют кого по пьяни, потом сами с повинной и приходят. А так – кражи мелкие, карманники… Но чтобы такое – такого я тут не видел. Товарищ Охримчук тут поболе моего, и тот говорит, что такого не встречал ещё.

Шли они недолго – за очередным изгибом улицы вниз стоял дом, который и впрямь было трудно с чем-то перепутать. Построенный явно до революции в псевдоантичном стиле, с двумя деревянными колоннами у входа и с треугольным портиком, он напоминал виллу древнеримского патриция из иллюстраций старой книги о Спартаке, которую Введенский читал в юности.

«Товарищ Беляев знал толк», – подумал он.

– А кто в этом доме раньше жил? – спросил он у Колесова.

– С конца двадцатых по тридцать шестой тут жил заведующий санаторием, а потом эту дачку профессор получил.

– Заведующий санаторием? Его же вроде недавно посадили.

– Ну, до него был другой. Того тоже посадили.