Дракон восточного моря. Книга 2

От силы удара великанша опрокинулась на спину, выронив оружие и зажимая глаз руками; Торвард вскочил, а Регинлейв уже исчезла, и многие даже не успели понять, что это было. Все-таки Отец Ратей почитал богов иных земель и позволил покровительнице фьялленландских конунгов вмешаться только при непосредственной опасности для жизни Торварда.

Но теперь Торвард был на ногах и снова бросился к великанше. Она ревела и каталась по земле, не позволяя никому приблизиться, и несколько выпадов не достигли цели или нанесли ей еще пару незначительных ран.

Фьялли поднимали с земли копья и метали в противницу, но лицо, горло и грудь она прикрывала своими толстыми руками, и без того залитыми кровью.

Торвард лихорадочно огляделся, выискивая оружие понадежнее. Фьялли вокруг вскрикнули – он обернулся и увидел, что Банба исчезла. Появившись из ниоткуда, она так же и пропала, ушла под землю, растворилась в плоти своего острова, бежала, признав свое поражение.

Ее огромный меч с бронзовой рукоятью и щит, пригодный служить ложем для пары взрослых людей, остались на истоптанной и обильно окровавленной траве.

Торвард, разом обессилев, опустился наземь. Все болело, голова гудела, и он с трудом стащил шлем, вдруг ставший очень тяжелым и неудобным. Одежда с левой стороны пропиталась кровью, дошедшей уже до бедра, разрубленные колечки кольчуги топорщились. Вокруг сидела и лежала вся его ближняя дружина. На ногах остался один только Хавган. Свою арфу он прижимал к груди, а на лице его отражалось упоение безмолвного восторга.

Глава 3

Еще несколько дней войско сэвейгов оставалось в селении. Нужно было похоронить убитых, как уладов, так и своих. Дружина Торварда потеряла тринадцать человек, почти все остальные получили раны. Фродир Пастух был ранен в ногу, Стейнгрим Копыто лишился двух пальцев, и в войске шутили, что его перевязанная рука и впрямь теперь похожа на копыто. Требовалось какое-то время на отдых и лечение, прежде чем дружина сможет хотя бы двигаться дальше, а тем более воевать.

Вожди, несмотря на раны, жаждали идти в глубь острова и закрепить успех, пока улады не опомнились и не собрались с силами, но Торвард не видел причин торопиться.

– Я победил их богиню, ее оружие у меня. И голова их короля тоже, – говорил он. – Никто из местных больше не посмеет против меня выступить, этот остров теперь мой. Завтра, так и быть, пойдем и займем его усадьбу. Посмотрим, как живут здешние короли…

Уже назавтра к ним снова явились гости.