Источник судьбы

Позади него, на площадке перед дверью уже копошилась целая куча полуживых тел – люди рвались на воздух, давя друг друга, но, оказавшись снаружи, не имели сил даже отойти. Хирдманы растаскивали их, давая возможность выбраться тем, кто еще оставался внутри.

– Ну, ты осознал, с кем связался? – злобно спросил Харальд, обухом секиры приподняв подбородок Альдхельма. Тот закивал, хотя едва ли понимал, что ему говорят. – Ты понял, кто твой конунг, кто господин твоей жизни и смерти? Клянись почитать меня и повиноваться мне, как самому Радбоду, иначе я тебя живо отправлю обратно туда! – И он взмахом показал на пылающие стены.

– Клянусь! – прохрипел Альдхельм. – Пощади, кюнинг Харальд… Я клянусь… почитать тебя… пока мы оба живы!

– Поклянись богами!

– Клянусь милосердным Христом… клянусь Фроувой и Фосити…

– Запомни этот день! Ладно, погасите! – крикнул Харальд хирдманам.

И те охотно принялись за дело. Им гурьбой бросились помогать фризы, сбежавшиеся со всех сторон на шум, блеск огня и запах дыма: никому ведь не хотелось, чтобы пламя перекинулось на другие дома и выгорел весь Дорестад.

К счастью, постройки вика была беспорядочно разбросаны на пару миль вдоль Рейна, между ними оставались значительные промежутки, и при влажной погоде искры и отлетающие головни гасли, не достигнув соседних строений. Фризы гудели и волновались, но тушение пожара сейчас было задачей первостепенной важности. Длинными жердями они разбивали сложенные груды хвороста, растаскивали огонь, рабов послали таскать воду из ближнего ручья и заливать пламя.

– О милосердные боги, пошлите нам дождя! – обратился к темному небу Рерик, безумно от всего этого уставший. – Хоть один раз это будет кстати!

И небо почти немедленно откликнулось на него просьбу: дождь, который мог помешать их жестокому замыслу, пошел именно сейчас, когда стал нужен. Совместными усилиями людей и стихии пламя удалось погасить. Стены сильно пострадали: внешний слой досок сгорел, а внутренний обуглился, земля рассыпалась, так что стена зияла сквозными прорехами, но внутрь пламя почти не проникло, и крыша только тлела.

Под предлогом помощи тем, кто мог остаться внутри, норманны заполнили дом и, кашляя, под прикрытием дыма разобрали все, что попалось под руку. Но хозяева даже этого не заметили: самым драгоценным сокровищем им сейчас казался прохладный, свежий воздух весенней ночи.

Глава 2

Уже наутро к графу явился аббат Бернульф.