Огненный волк. Книга 2: Князь волков

Ей казалось, что они идут не прямо, а ходят кругами, все время уклоняются то на восход, то на закат, она оглядывалась, ожидая вот-вот увидеть уже пройденное место. Деревья как нарочно выстраивались на ее пути, заставляя искать проход в густых зарослях. Рядом с живыми стояли и мертвые, сухие стволы – плечи товарищей не давали им упасть, настолько густо они выросли. При малейшем порыве ветра по лесу прокатывалась волна сухого пронзительного скрипа, похожего на стоны, Малинка вздрагивала и тревожно оглядывалась.

По стволам ползли полосы мха, то зеленого, то сизого, похожего на седую бороду, и каждое дерево, стоило ветру шевельнуть его ветви, казалось Малинке Лешим. Огнеяр не торопился, терпеливо ждал, пока девушка продерется сквозь заросли и снова догонит его, не отпускал ее от себя дальше трех шагов.

– Не пора ли нам передохнуть? – спросила она, чувствуя, что руки и ноги ее налились тяжелой усталостью. Всякая кочка казалась горой, и идти было тяжело, словно с каждым шагом приходилось преодолевать прочную упругую паутину.

 – Устала, аж ноги заплетаются.

Волк приблизился к ней и подставил спину: «Садись».

– Ой, что ты? – Малинка в изумлении всплеснула руками. Сесть на спину Огнеяру ей казалось так же немыслимо, как оседлать человека.

«Садись!» – с досадой велел волк, глядя ей в лицо пронзительными красными глазами.

И Малинка ахнула, сообразив: она понимает по-волчьи! Волк говорит с ней рычанием, и она понимает его язык.

– Догадалась? – прорычал Огнеяр, глядя в ее круглые от изумления глаза.

 – Мы уже перед самым Логовом. Здесь волчья земля, она от людей заклята. Люди тут с пути сбиваются, идти не могут, им каждая кочка под ноги кидается. Сама не пройдешь. Садись.

Теперь Малинка поняла, почему ей было так тяжело идти в этот день. Вспомнив кощуну[36 - Кощуна – древняя песнь мифологического содержания.] бабки Бажаны о княжиче Световике, Деннице[37 - Денница – олицетворение зари, сестра или жена солнца.] и Золотом Хорте, она подобрала подол и села верхом на Огнеяра, вцепилась в густую шерсть загривка.

– Ничего так? Тебе не больно? – обеспокоенно спрашивала она. – Ты скажи, если что.

– Ничего! – прорычал Огнеяр, и Малинке показалось, что он смеется. Никто никогда еще не ездил на нем верхом ни на деле, ни на словах, однако случай был особый. – Держись крепче.

Нельзя сказать, чтобы Огнеяр пропускал меж глаз темные леса и заметал хвостом синие озера, но теперь они двигались вперед гораздо быстрее.