Зеркало и чаша

А у купца и впрямь имелись новости, важные для княгини. На Каспле, в двух переходах от Смоленска, он подвергся нападению разбойничьей ватаги и лишился двух ладей с товаром, не считая одного убитого и двоих раненых! Все это произошло чуть ли не в виду погоста Болотники, а болотнический воевода, ответственный за безопасность этого участка пути, похоже, сам в сговоре со злодеями! Иначе почему он до сих пор не выловил разбойников или хотя бы не посылает кметей провожать торговых гостей до следующего погоста?

Еще в самом начале его рассказа лицо княгини вытянулось, красивые брови нахмурились, взгляд стал пристальным и гневным.

Положив обе руки на подлокотники сиденья, она вцепилась тонкими пальцами в завитки резьбы и чуть наклонилась вперед, будто боялась не расслышать. Светлая коса, серое платье, отделанное полосками голубого заморского шелка, сияющий серебром венец с жемчужными привесками в сочетании с бледностью лица и холодным огнем острых глаз придавали ей сходство с зимней богиней Мареной, готовой бросить в земной мир морозы и вьюги.

– Найдите мне Красовита! – приказала она, едва лишь уразумела суть Достужиного рассказа и связала в уме слова «Болотники» и «разбой». – Где он ходит? Чтоб сей же час здесь был!

Двое или трое отроков тут же торопливо кинулись вон. Кмети на лавках вдоль стен стали придвигаться поближе. Дело было вполне понятное, но от этого оно не делалось приятнее. С тех пор как сообщение между югом и севером сделалось оживленнее и мимо Смоленска зачастили торговые обозы, князь Велебор начал ставить на Днепре и Каспле городки-погосты, на расстоянии дневного перехода один от другого.

Сам князь с дружиной останавливался в них, когда зимой объезжал землю, собирая дань, и там же за умеренную плату могли переночевать торговые гости со своими товарами, в тепле и безопасности. Взимая пошлины с купцов, князь взамен брал на себя ответственность за спокойствие своего участка пути. Разбойники были и для него разорением: не будет купцов – не будет ни товаров, ни пошлин.

– В Засечье рассказал? – спросила Избрана у Достужи. – Блестан! – крикнула она десятнику, и тот неохотно подошел поближе. – Ты мне что говорил? Так-то твой брат за дорогами следит! Ты мне Сварогом и Перуном клялся, что, если я его воеводой в погосте поставлю, ни одна мышь у него не забалует! А это что? – Она гневно взмахнула рукой в сторону Достужи.