Забывая прошлое лето

Нет, она не стоит перед моим взором постоянно, она лишь изредка – 1, 2 или 3 раза в день спускается, как занавес, и напоминает мне о трагической поломке самого важного аппарата.

Когда всё это началось, я перепугалась не на шутку, особенно когда пришлось смириться с тем, что так теперь будет постоянно. Месяц я не могла есть из-за тошноты и гулять с друзьями из-за потемнения в глазах. Впрочем, гулять я с ними не могла ещё и из-за того, что вскоре легла в больницу. Поначалу подруги заглядывали ко мне, но потом я перестала их приглашать, потому что настроение моё изо дня в день было ужасным, и мне требовался покой, чтобы всё это уложить в голове.

Мне становилось веселее, когда я предвкушала после приключившегося со мной форменного безобразия гигантский подарок судьбы, но…

Да, я представляла себе, что меня кто-нибудь полюбит, или я прославлюсь, или выиграю много денег в лотерею. Как вы уже поняли, стало только хуже.

Я перешла в профильный класс без друзей; мальчишка, с которым мы вместе сидели, как говорится, "не просто так", вообще уехал за границу, и я не знала, когда теперь и как мы вновь сможем увидеть друг друга.

Учителя в профильном классе были или злые, или безвольные и скучные, кроме разве что одного-двух, а родители… Мама и папа всерьёз озаботились моим здоровьем, и от их волнения мне становилось только хуже. Поэтому, когда мне прописали очередные таблетки, я приняла решение сделать вид, что они мне помогают. У мамы с папой, по-видимому, упала гора с плеч, а мне теперь приходилось ещё и натягивать улыбку каждый раз, когда я сталкивалась с ними дома.

Одним словом, ад на земле существует, и я познала его – это притом, что не было войны, все были живы, слава богу, и врачи утверждали, что я здорова, как космонавт.

Но я уже 3 года как не жила – да, я привыкла есть, когда тошнит, и отвечать у доски, держась за окружающие предметы или теребя колпачок от ручки в кармане, чтобы меньше трясло, и чтобы оставалась связь с внешним миром, когда в глазах темным-темно.

Я уже настолько адаптировалась, что почти не замечала своего недуга. Спустя полгода я перестала просыпаться с надеждой, что вчера был последний день моих мучений.

Сейчас я уже почти нормальный человек, я привыкла к такому издевательскому сопровождению, но радости в жизни с тех пор так и не было. Её не было на уроках – её не было после. Появится ли она теперь когда-нибудь вообще?

Знаете, очень возможно, что и не появится.