Здравствуй, Эшли, я пришла к тебе из Великого Ничто

А это – целый аквапарк из новогодних гирлянд!

– Надо же, как тут красиво! – воскликнула Эшли. Зажала нос рукой, набрала в рот побольше воздуха и окунула голову в воду.

– Какая же ты у меня впечатлительная! Везде тебе всё нравится. – мама подхватила Эшли и подняла над водой. Эшли расхохоталась и нырнула.

Она плыла на спине, поднимая брызги ногами. Широко раскинув руки в надувных рукавах. Высоко над ней, на горки и вышки, поднимались сияющие шары.

«Это лучший из всех моих дней!» – подумала Эшли, проплывая под потолком аквапарка – нарядным и сверкающим.

Ночью Эшли снился большой фиолетовый шар. Даже больше, чем мамина машина. Наверно, и Эшли, и сам шар, находились внутри пустого ящика в её голове. Так Эшли почему-то подумала.

Шар позвал её и Эшли шагнула внутрь…

Глава седьмая

Сердитый взрослый с первого этажа дома, где живёт Эшли, ещё сильнее рассердился. Целое утро он кричит на кого-то из окна. Поэтому Эшли проснулась ещё до звонка будильника.

Эшли сладко потянулась, откинула одеяло.

Свесила ноги с кровати. Пол оказался холодным и Эшли вспомнила, что за окном – чудесная рыжая осень. Она заулыбалась. Ничто не испортит ей настроение, даже крики старого ворчи.

Эшли повезло проснуться раньше. Она застала папу на кухне, за завтраком.

– Кто такой ворча? – первым делом спросила Эшли.

– Доброе утро, солнышко! – папа поцеловал Эшли в щёку. – А ты чего так рано? Не спится?

– Как ты думаешь, ворча может брюзжать? – не отступала Эшли.

– Ха-ха-ха! Ну ты выдумщица! – папа отхлебнул чай и поддел вилкой последний кусочек яичницы с колбасой.

 – Что, попался вчера злыдень из соседнего подъезда? Мама опять с ним воевала?

– А брюзга может ворчать? Пап, ну ответь!

– И брюзга может ворчать, и ворчун может брюзжать.

– Ты говоришь неправильно. Не ворчун, а ворча. Ты же не говоришь – брюзгун.

Папа Эшли от души расхохотался. Он сложил тарелку и чашку в посудомоечную машину. Эшли боится всяких роботов и в детстве (сейчас-то она уже большая) верила, что никакая это не посудомоечная машина.

А самый настоящий – пожиратель тарелок. Она и сейчас так думает. Но вслух не говорит.

– А может не такой уж он и ворча? Что если у него просто шар сломался? – Эшли задумчиво разглядывала нарядные деревья за окном, покрытые золотистой листвой. А папа уже возился с ключами в коридоре.

– Эшли, мне пора бежать. Разбуди маму, у неё сегодня какие-то важные звонки.

– Проблемы?

– Не проблемы, а дела.