Орлиного цвета крылья

Но она ему нужна, и он не мог просто так отказаться от неё. Это была суперсекретарша, и ради неё стоило побороться – такой мыслью он пытался развлекать себя всю дорогу до её дома, впрочем, не слишком успешно. Он ждал, ждал её слов, чтобы правильно выбрать тактику, чтобы выйти с минимальными потерями для своей обострённой гордости, но она молчала, и это было хуже всего. Она не нападала, оставляя его в бессмысленной и беззащитной ситуации, и ему пришлось продолжать:

– Вы – ценный сотрудник… Я нуждаюсь в вас.

– Вы нуждаетесь в моих драгоценных мозгах? – уточнила Аня спокойно.

Эта женщина когда-нибудь ответит за все свои колючки, подумал Филатов яростно. Когда-нибудь он сделает с ней что-нибудь… особенное.

– Я нуждаюсь в вас, – повторил он, почти потеряв самообладание. – В вас! В вашем профессионализме, в вашей личности, в вашей энергии. В вашем спокойствии и рассудительности… вашей искренности и прямоте. И в вашем уме, конечно. Я повышу вам зарплату, оплачу санаторий – любой выбирайте, оплачу лечение, – он помолчал и добавил тихо.

Она смотрела, как он ломает свою гордость – ради неё. Неужели только из-за её профессионализма этот жуткий гордец терпит сейчас такие муки?

Она оценила сию титаническую борьбу.

– Я принимаю ваши извинения. Собственно, я думала, что не вернусь никогда. Но вы меня здорово удивили, Михаил Иванович, придя сюда. Мне очень приятно… – она вдруг охрипла и сильно закашлялась.

Его руки обхватили её за плечи, приподняли со стула, и он повёл её в комнату.

– Я поеду сейчас, Анна Егоровна. Мне действительно пора, – он распечатал ей ещё одну таблетку. – Включите ваш телефон, я буду иногда звонить. Поспите пока. И выпейте, Нина же сказала.

Аня послушно проглотила таблетку и запила.

– Не надо повышать зарплату, и санатория тоже не надо, – прохрипела она, отдышавшись. – Я три дня дома полежу, и всё будет в порядке.

– Надо, – жёстко сказал Филатов. – Я снова ваш босс и нечего спорить.

– Не люблю я санаториев, – рассмеялась Аня, – Я дома быстрее оклемаюсь, правда. И можно мне материалы на дом присылать, у нас же там завал.

«У нас», – повторил про себя Филатов, и ему почему-то стало приятно.

– Глупости, – улыбнулся он. – Я сожалею, но мне нужно ехать.

Аня кивнула и беспомощно улыбнулась, бессознательно вспоминая живое тепло и силу обхвативших её рук.

– Конечно, босс. Дверь сама захлопнется. До свидания, Михаил Иванович.